Feb. 19th, 2017

gest: (Default)
(...)

На самом деле, я хотел поговорить о политическом аспекте "Тартюфа", потому что об этом редко упоминают. Везде написано, что это критика религии, осуждение ханжества и т.д.

До какого-то момента сюжет "Тартюфа" развивается предсказуемым, понятным образом. Мошенник-лжесвятой высасывает из Оргона деньги, одновременно пытаясь ухаживать за его женой. Эльвира притворно отвечает на домогательства Тартюфа, чтобы продемонстрировать Орогону истинный облик "праведника". Оргон наконец-то прозревает, но, к сожалению, это происходит слишком поздно, он уже успел переписать дом на Тартюфа. 

И тут, ближе к концу, внезапно открываются новые подробности. Оказывается, у Оргона был друг, Аргас, который был связан с оппозицией королю. Партия Аргаса проиграла, Аргаса был вынужден бежать заграницу (в Англию?), но он оставил Оргону ларец со своим архивом. Оргон всё это время тайно хранил документы мятежников. И теперь Тартюф использует этот факт, чтобы уничтожить Оргона.

Материалы по делу )

(Некоторые считают, что речь идёт о событиях Фронды, но это не так важно.)

На самом деле, это в каком-то смысле объясняет поведение Оргона, его напускную набожность и яростную критику вольнодумства. У него самого рыльце в пушку, на него в любой момент могут дело завести.

А если уходить в конспирологию, можно предположить, что Тартюф начал целенаправленно разрабатывать Оргона именно потому, что каким-то образом узнал о его старых связях с мятежниками. Тартюф не мог не понимать, что рано или поздно ему будет грозить разоблачение, и тогда, скорее всего, придётся убегать, захватив с собой только наличные деньги. Даже если он уговорит Оргона переписать на себя недвижимость, Тартюф будет уязвим для судебных исков со стороны Оргона и его наследников. Если же он, воспользовавшись доверчивостью Оргона, сумеет добыть доказательства связи Оргона и Аргаса, тогда Тартюф сможет разорить Оргона, а затем окончательно уничтожить его, подведя под политическое дело. Либо Оргон будет арестован, а остатки его имущества конфискованы короной, либо ему придётся срочно покинуть Париж, в то время как Тартюф получит возможность закрепиться в столице и обеспечит себе репутацию бескомпромиссного слуги престола.

          Тартюф

Славней всего служить на поприще любом
Тому, чьей волею я послан в этот дом.

          Оргон

Забыл ты, кто тебя от нищеты избавил?
Ни благодарности, ни совести, ни правил!

          Тартюф

Служенье королю есть мой первейший долг.
Да, я обязан вам кой-чем, и если смолк
Признательности глас в душе моей смиренной,
Причина в том, что так велел мне долг священный.
Тут я не пощажу, все чувства истребя,
Ни друга, ни жены, ни самого себя.

 
В этот момент зритель должен возмущённо заорать: "Да он ещё и патриот, ...ть!"

Тартюф - это настоящий человек будущего, олицетворение грядущей эпохи национальных государств и тоталитарных режимов. [Я недавно нырял в советские тридцатые годы, читал газеты и пьесы того времени. Там навязывалась именно такая мораль, "тартюфовская" - если друг или родственник вдруг оказался врагом, или другом врага, или тем, кто в 21 году высказывался в поддержку Троцкого, от него надо немедленно отречься, осудить, донести и т.д. Сам погибай, а товарища топи, будь настоящим советским человеком. Хотя, конечно, не большевики это изобрели.]

У меня был пост, где я спрашивал, что выше, "честь или присяга"? Это был вопрос с подвохом, потому что речь шла не о какой-то реальной ситуации, а том, что если мы признаём существование феномена чести, то честь выше присяги, потому что присяга вытекает из чести, а не наоборот. Если мы обесцениваем честь, то присяга обесценивается вместе с ней.

Именно такой подход демонстрирует Мольер. Естественно, речь идёт об идеале, ну так Мольер и изображает идеального короля, как образец поведения для реального короля-зрителя. Мольеровский король должен разрешить следующую ситуацию. Есть Оргон, честный человек и дворянин, который хранит у себя документы мятежников, потому что дал слово своему другу, состоявшему в вооружённой оппозиции, а честь выше присяги. И есть Тартюф, который всем обязан Оргону, но доносит на него королевской власти по принципу "слово и дело", потому что присяга выше чести. Безотносительно всех прошлых поступков Тартюфа, тут он формально прав, потому что имеется состав преступления. Это важно: Оргон нарушил букву закона. Но король в пьесе понимает, что дворянство страны - опора его власти, ведь сам король - это первый дворянин. Доверие между дворянами, возможность свободно говорить и полагаться на данное слово, на гласные и негласные обязательства, даже если речь идёт о крамоле, связях с оппозицией и т.д., важнее, чем формальная лояльность властям. Как я уже сказал, если честь - дешёвка, то и присяга ничего не стоит. Тартюф предал Оргона, своего благодетеля, предаст и короля, если это будет ему выгодно. Оргон хранил верность Аргасу, несмотря ни на что, даже когда это стало невыгодно и опасно - значит, Оргон честный человек. Для блага государства Тартюфа нужно раздавить, Оргона - демонстративно помиловать.

Судя по всему, по замыслу Мольера, зритель должен переживать катарсис в тот момент, когда офицер озвучивает королевскую волю:

Неблагодарностью, что выказал он тут,
Монарха прогневил закоренелый плут,
И переполнилась от этой капли чаша.
(...)
Бумаги, что к сему попали негодяю,
По воле короля вам, сударь, возвращаю.
Соизволяет он расторгнуть договор,
Согласно коему задумал дерзкий вор
Присвоить этот дом и ваше все именье.
И, сверх того, король дарует вам прощенье,
Хоть помощь получил от вас мятежный друг.
Все эти милости вам в честь былых заслуг
Оказаны теперь, когда вы их не ждете, —
Пусть знают все, в каком у короля почете
Благое рвение. Душа его щедра.
И в правилах его — не забывать добра.


Короче, возвращаем тебе ларец с документами мятежников, только спрячь его получше.

В пространстве пьесы такая развязка отвечает на вопрос, зачем нам нужен король. Роль идеального монарха состоит в том, чтобы периодически переводить государственную машину в режим ручного управления и корректировать её решения в пользу милосердия, согласно принципам чести и совести.

[Если совсем домысливать, то это можно связать с христианским идеей о том, что мы можем доверять механизму небесного правосудия только потому, что его работу контролирует Бог, который ещё и Человек, и в его власти прощать грешников и отпускать грехи. Любовь, милосердие, благодать выше закона.]
gest: (Default)
Чтобы закончить с "Тартюфом".

И всё-таки, почему эта вещь в своё время казалась настолько крамольной? Мне кажется, дело не только в том, что шарлатан-одиночка Тартюф бросает тень на религию, как таковую ("а если вы такой праведник, батюшка, то зачем вам столько денег?").

Мольер изобразил добро, которое совершенно беспомощно перед злом, потому что навязываемые культурой идеалы делают искренне воспринявших их людей жертвами циничных проходимцев.

Взять те же комедии Шекспира. Хотя в комедиях никого не убивают, всё равно перед нами достаточно мрачный мир предельного социального неравенства, насилия и дискриминации; происходящее на сцене вписано в контекст постоянных дуэлей, пыток, смертных приговоров и войн. Зато герои, как правило, ведут себя адекватно своим обстоятельствам, они способны анализировать угрозы и вырабатывать рациональную стратегию достижения цели. Успех или неуспех - это уже вопрос везения и личных качеств, но они хотя бы стараются.

Мольер в "Тартюфе" рисует ситуацию, когда люди пытаются прожить жизнь, опираясь только на книги, на высокую культуру, которая, печальным образом, неадекватна существующей реальности. Проблема настолько тотальна, что она охватывает все возрастные группы.

1. Старшее поколение, хранители памяти о прошлом, способные поделиться с потомками богатым жизненным опытом и приобретённой мудростью. В "Тартюфе" это госпожа Пернель, мать Оргона - старая вдова, клинический случай католицизма головного мозга. Сложно сказать, стала ли она неадекватна с возрастом, или всегда была набожной дурой, но в любом случае, это ходячий кошмар, худшая мать, бабушка и свекровь. Госпожа Пернель - безусловная творческая удача Мольера, с ней неприятно находится в одном помещении, даже когда она всего-лишь персонаж на сцене. Приговор старшему поколению, как таковому, выносит Дорина, в своём рассказе про Оранту:

Высоконравственна и впрямь сия персона.
Но какова была она во время оно?
Ей старость помогла соблазны побороть.
Да, крепнет нравственность, когда дряхлеет плоть. 
Встарь, избалована вниманьем и успехом,
Привержена была она к мирским утехам.
Однако время шло. Угаснул блеск очей,
Ушли поклонники, и свет забыл о ней.
Тут, видя, что, увы, красы ее увяли,
Оранта сделалась поборницей морали.
У нас таких особ немалое число:
Терять поклонников кокеткам тяжело,
И чтобы вновь привлечь внимание, с годами
Они становятся завзятыми ханжами.
Их страсть — судить людей. И как суров их суд!
Нет, милосердия они не признают.
На совести чужой выискивают пятна,
Но не из добрых чувств — из зависти, понятно.
Злит этих праведниц: зачем доступны нам
Те радости, что им уже не по зубам?


Старые грешники, которые уже не в силах грешить, пытаются в отместку за свою немощность испортить жизнь молодому поколению. Старикам, надо полагать, тоже в своё время кто-то жизнь портил. Вот и вся история борьбы за нравственность.

2. Зрелые мужи, дворяне, главы семейств, опора государства. Это у нас Оргон. Естественно, он идиот и овца, которую грех не стричь. Но он идиот, потому что в какой-то момент искреннее поверил в то, что слышал в проповедях: мир тлен, привязанность к мирскому суть тщета и прелесть, деньги - зло, и их надо поскорее отдать божьим людям для безопасной утилизации. Молиться, поститься, слушать кюре, кто чаще ходит в церковь, тот и праведнее. Короче, Оргон возлюбил Тартюфа и решил всем для него пожертвовать. А зря.

3. Молодёжь, надежда на будущее и само это будущее. Дамис, Мариана, Валер. Предельно огрубляя, их можно сравнить с породистыми собачками, у которых кобель даже на суку залезть не может без посторонней помощи. Это та сцена, где Валер и Мариана пытаются объясниться, соблюдая должные приличия, в результате чего Валер понимает, что Мариана с ним холодна, потому что его не любит, а Мариана понимает, что Валер её не любит, и становится с ним предельно холодна. Они демонстративно отрекаются друг от друга, но тут Дорина, не выдержав потока взаимного идиотизма, пинками загоняет Валера обратно к Мариане - ты ей нравишься, он тебе нравится, вы любите друг друга, немедленно прекратите страдать фигнёй. Представления молодёжи о жизни и об отношениях крайне непрактичны и далеки от реальности, нормы должного поведения почерпнуты из глупых романов, да вдобавок похоже, что юноши и девушки читали разные книги.

Что же получается? Эльмира умна, но она связана по рукам и ногам социальными условностями и своей ролью добродетельной жены уважаемого человека. Её брат Клеант, типичный интеллигент, хотя бы читал умные вещи, но его жизненная программа сводится к тому, чтобы жить за счёт шурина и читать ему нравоучения, а Тартюф в этой роли оказался гораздо эффективнее. И только Дорина разумна, энергична, адекватна, просто потому, что, как служанка, она не может позволить себе утонуть в иллюзиях, ей-то приходится иметь дело с грубым реальным миром.

Это общество безнадёжно. Его спасает только то, что король безупречен, мудр, проницателен и не позволяет дуракам пострадать от собственной глупости, но когда-нибудь не хватит даже возможностей короля. В конце концов, король смертен. 

***

Я задумался о том, как в текущих европейских условиях сделать постановку "Тартюфа" столь же скандальной, насколько она была тогда. Всё просто: Тартюфа надо изобразить религиозным мусульманином-мигрантом, который постоянно молится:

...В порыве набожном колени преклоня.
Он привлекал к себе всеобщее вниманье:
То излетали вдруг из уст его стенанья,
То руки к небесам он воздымал в слезах,
А то подолгу ниц лежал, лобзая прах.


Новыми красками заиграет сцена, когда Тартюф протягивает Дорине платок и требует, чтобы она прикрыла свой срам (ведь Дорина в оригинале одета в костюм французской горничной 17 века, о-ля-ля!):

          Тартюф

Прикрой нагую грудь.
Сей приоткрыв  предмет, ты пролагаешь путь 
Греховным помыслам и вожделеньям грязным.

          Дорина

Неужто же вы так чувствительны к соблазнам
И вожделение не в силах побороть,
Нечаянно вблизи узрев живую плоть?
Вы, как я погляжу, уж чересчур горячий,
А я — похолодней и чувствую иначе:
Явись вы предо мной в чем родила вас мать,
Перед соблазном я сумела б устоять.


Соответственно, Оргон - это местная европейская власть, которая испытывает противоестественную любовь к добродетельному мигранту. Оргон даже хочет выдать за него свою дочь Мариану, потому что это очень прогрессивно. Тартюф пристаёт к Эльмире, местные жители лезут на стенку и мечтают избавиться от докучливого гостя, но Оргон слеп и глух. А когда он спохватится, будет уже поздно. Все порядочные люди в этой ситуации оказываются беспомощными, потому что так их воспитали. Но тут в действие вмешивается некая высшая по отношению к Оргону "королевская" власть, на сцене появляется офицер с солдатами-спецназовцами, Тартюфа арестовывают и уводят. Конец.

Вот это было остро.

Profile

gest: (Default)
gest

April 2017

S M T W T F S
       1
2 3 4 5 6 78
9 10 11 12 13 1415
16 17 181920 21 22
232425 26272829
30      

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 28th, 2017 06:53 pm
Powered by Dreamwidth Studios