Mar. 31st, 2017

gest: (gunter)
И ещё одно общее замечание.

Я хотел бы ещё раз пройтись по одной из идей, заложенных в этот сеттинг - "победители" и "проигравшие".

Представьте, что все эти течения связаны с победой США и поражением СССР в Холодной войне...

"Серые" и "зелёные" возникли в результате поражения. Они потомки тех, кто пережил полный разгром и крушение своего мира и своей идеологии, может быть, даже не один раз. В этом смысле, "оранжевая" и "фиолетовая" - очень американские; "зелёная" и "серая" - пост-советские. Конечно, глупо привязывать целый сеттинг к одному историческому противостоянию, возможно, с точки зрения будущего, даже не самому главному, и распространять последствия единичного геополитического поражения на весь мир. Но так получилось.


Именно поэтому я сказал, что это не настоящее будущее, это, во многих отношениях, стремительно устаревающее и уже устаревшее представление о будущем, потому что сам конфликт уже давно в прошлом.

Как бы то ни было, "оранжевые" и "фиолетовые", помимо всего прочего, обозначают два полюса американской фантастики. Я это уже частично говорил, но скажу ещё раз.

"Оранжевые" - это такая стереотипная американская космоопера. Где появились новые технологии, человечество открыло сверхсвет и покорило далёкие миры, но, в общем-то, ничего особо не изменилось. Капитализьм, как говорил Арнольд в "Красной жаре". Федерация, Сенат, Президент - названия политических органов и должностей могут меняться, а суть всё та же. И морпехи в боевых скафандрах. При этом, у части героев может быть экзотическая этническая принадлежность и соответствующие имена. В морпехах могут служить женщины. И геи. Геи-женщины. Лесбиянки. Лесбиянки в особенности! Вот, автор отработал обязательную программу политкорректности и на этом считает свою задачу выполненной. Аугментация по минимуму, но присутствует, встречаются киберпротезы. 

"Фиолетовые" - это такая прогрессивная американская научная фантастика, где автор старается выпендриться и показать, что шагает в ногу со временем. Пост-киберпанк и биопанк, нео-анархизм, трансгуманизм, отказ от традиционных гендерных рамок, she как нейтральное местоимение (несколько фантастов разом попытались выдумать новое нейтральное местоимение для личностей без маркированного пола, и у каждого оно было своё, так и не договорились, вроде). Роботы и виртуальные аватары обретают самосознание и смешиваются, а то и спариваются, с людьми, личность оцифровывается, клонируется, меняет тела, как перчатки. Создание новых видов, аплифтинг животных, разделение человечества на несколько ветвей, всё это тут.

***

А советская фантастика погибла в том бою. И бессмысленно сравнивать советскую НФ шестидесятых-семидесятых с американскими текстами двухтысячных. Мы не знаем, какой была бы советская фантастика сейчас, если бы она была. У нас сейчас на этом месте дырка. (Хотя вот, [livejournal.com profile] fortunatus же написал "Розу и Червь". При всех недостатках, это всё-таки научная фантастика.)

Но с могилы советской НФ восстало два призрака, чтобы бросить вызов "оранжевым" и "фиолетовым".

Об этом я тоже уже писал:

Для футуристических сеттингов важен конфликт. Для того, чтобы сконструировать настоящий конфликт, необходимо проработать стоящую за разными сторонами идею, идеал, идеологию... Такие схемы возникают и живут за счёт размежевания (...). Различия между вещами, которые на первый взгляд кажутся похожими - это их кровь

То есть, берём некую советскую идею, как таковую - частично отрефлексированную в советской фантастике, частично, быть может, нет. Убираем оттуда откровенную идеологию, потому что всякая пропаганда, типа восхваления Сталина или надежд на победу коммунизма в США, сиюминутна. (Всё равно жёлтая и красная татибы на текущем витке свою борьбу проиграли.) А затем берём лезвие бритвы и аккуратно режем получившуюся идею на две части.

"Советская религия - в той ее подчасти, которая вообще была исполнима - выращивала нормальных "оптимальных технократов" - ту самую "советскую личность".

В качестве главной ценности провозглашался Разум и Прогресс - социальный в том числе - подкрепленный единственной этикой, доступной на тот момент - этикой общины.

Исполнение, конечно, подкачало - бюрократы сначала, а рыночники потом - это движение задавили - но шанс у него был.
Если удалось создать нормальную этику и работающие принципы выделения и работы управленцев - то вполне возможно Союз стоял бы и поныне.
Хотя - идея никуда не делась, возможно, на каком-то этапе это все сработает таки..."


Делим на две части, так?

1) "Зелёные" получили этику деревенской общины, с её консерватизмом и неодобрительным отношением ко всем тем, кто не так одевается и не так выглядит, кто хоть чем-нибудь выделяется на фоне большинства. Вообще, скромнее надо быть: "Не красна изба пирогами, а красна изба образами". Культ традиционных гендерных ролей - чтоб мужик, так мужик, чтоб баба, так баба. Гомосексуализма у здоровых людей не бывает.

Но при этом - восхищение Человеком, как таковым, как венцом творения, совершенным и безальтернативным результатом миллиардов лет биологической эволюции. Нет ничего такого, что было бы не под силу Человеку. И если мы встретим других разумных, они будут такими же Людьми (и коммунистами), как и мы, потому что законы природы одни на всех (Принцип Ефремова). Предельный антропоцентризм, с которым неразрывно связан страх утраты человеческой природы. Человеку не нужно бессмертие, человек не имеет права расчеловечиваться и превращаться в робота или мутанта. Одно признание возможности подобного - это уже предательство, измена и полный моральный крах. Ну и конечно, размножаться человек должен сугубо природным способом, как боженька прописал.

Тёплый ламповый космос, в котором летают тёплые ламповые корабли. "А если бы мы не изобрели компьютеры, мы бы сейчас уже неслись к звёздам на атомных паровозах, и штурман прокладывал бы курс циркулем по карте. Эх, променяли мы космос на айфоны".

Экологическое мышление - ненависть к всяким уродам, которые не берегут и губят родную природу. Человек, безусловно, хозяин природы, но он должен быть рачительным хозяином, он за это отвечает перед будущими поколениями.

В конечном счёте, недоверие и обоснованные опасения по поводу всего по-настоящему нового, непредсказуемого. Страстная мольба: "прекрасное далёко, не будь ко мне жестоко, жестоко не будь!" Лучшая часть советского опыта? Точно знать, что пройдёт много лет, но ничего, в сущности, не изменится, будешь жить, как жил, в абсолютно предсказуемой реальности, поездка на автобусе - пять копеек. Как в американском анекдоте про советскую жизнь: "Мы записали вас в очередь на получение автомобиля, сможете его купить через 10 лет" - "А утром или вечером?" - "Товарищ, это будет через десять лет, какая вам разница?" - "Просто утром я получаю холодильник".

2) "Серые" получили логику "оптимальной Технократии", Разум и Прогресс в качестве высшей ценности. Но так как общинная этика и антропоцентризм с культом биологического Человека уехали в соседний пункт, это идеал нечеловеческого Разума и нечеловеческого Прогресса, помноженный на военный коммунизм. И да, необходимо забирать детей из семьи, чтобы в специальных центрах воспитывать из них образцовых маленьких технократов. (Потом постараться вообще исключить биологических матерей из уравнения.)

Советский человек не должен был бояться атомной войны, но всё равно боялся. Этот страх потом пророс "Зонами" со сталкерами и сеттингом "Метро-2033". И это тоже стало частью "серого" восприятия. "Самое страшное уже произошло. Осталось только принять это, как факт, надеть противогаз и костюм химзащиты, и сражаться до конца".


По очевидным причинам, "зелёные" - это анти-"фиолетовые", и наоборот.

"Серые", соответственно, анти-"оранжевые". ("Серые" в американскую космооперу полезут с одной целью, чтобы сказать морпехам в лицо: "You will be assimilated. Resistance is futile.")

***

"Фиолетовые" - Личность. "Серые" - Разум. "Зелёные" - Человек. "Оранжевые"... Гражданин?
gest: (Default)
Знаете, есть одна фраза, которую я давно хотел процитировать. Конечно же, безобразно и бессовестно вырвав её из контекста, исказив её смысл, и т.д., и т.п..

"Естественно, что доктрина США, подверженная столь сильному влиянию субъективных факторов и являющаяся орудием реакционной политики, сама носить реакционный характер, хотя в своей военно-технической части опирается примерно на те же достижения науки и техники, которые имеют в своей основе доктрины социалистических государств.

Реакционная сущность военной доктрины империалистических стран проявляется также в том, что она берёт на вооружение любые, самые отвратительные человеконенавистнические способы действий...

Подобными способами и ныне продолжают пользоваться империалисты ряда стран в ведущихся ими грабительских "грязных" войнах. Например, в Южном Вьетнаме американские колонизаторы и их подручные (...) всячески терроризируют население, предпринимают различные диверсионные действия. Для этих целей в системе вооружённых сил создаются специальные рода войск. Это говорит о том, что такие методы носят не случайный, а заранее предусмотренный, систематический характер и соответствуют их военной доктрине.

Совершенно иначе выглядит военная доктина социалистического государства. Отвечая велениям политики, направленной на защиту интересов миролюбивых народов, руководствуясь гуманными принципами коммунистического мировоззрения, военного доктрина социалистического государства предусматривает наиболее целесообразные способы действий..."

Генерал-майор С.Н. Козлов, "Военная доктрина и военная наука" ("Проблемы революции в военном деле", 1965 г.)


Первой моей реакцией было "да что ты несёшь, Козлов?" А разве в СССР не создаются особые отряды и целые структуры, заточенные под проведение разведывательно-диверсионных операций в тылу противника? Серьёзно?

Но затем я представил себе рамку, в которой, допустим, "доктрина здорового человека" всегда опирается на массовые, валовые войска, способные разгромить противника в открытом бою, стенка на стенку. Увлечение всевозможными "спецназами" и "элитными отрядами" - это признак "доктрины курильщика", глубокого кризиса не просто доктрины армейского строительства, а общества в целом.

Когда у тебя есть армия, а в армии есть рейнджеры, а потом есть морпехи, которые как бы элита по отношению к армии, а у морпехов есть разведывательные части, которые элита морпехов, а над морпехами есть силы специальных операций... это уже симптомы запущенной болезни Американской Империи. Это как трансформация полиции в ультрамилитаризированные отряды SWAT.

Ведь создание элитных карательных частей ZOMO не было признаком здоровья Польской Народной Республики. 

И всякие там особые группы специального назначения ("Альфа", "Вымпел" и т.д.), расцвет которых пришёлся на Афганскую войну, своим появлением ознаменовали начало конца СССР.

Условно говоря, власть зависит от легионеров, а не от преторианцев. Но если власть вынуждена опираться на преторианцев, значит это уже не совсем власть.
gest: (Default)
"Это открытие нужно закрыть, пока еще не поздно! Вы не даете себе труд подумать, что вы там делаете!.." Горбовский, "Беспокойство".

Как ни странно, истоки взглядов "зелёных" можно отыскать в творчестве братьев Стругацких. Взять, например, Ивана Жилина из "Хищных вещей века" (ака эмиссар из "зелёной зоны" приезжает в "оранжевый" город и находит там артефакты "фиолетовых"). Вообще, "Хищные вещи века" - это отражение страхов советских авторов перед будущим, в данном случае, панический страх активации шестого контура Лири. Стругацкие отрефлексировали последствия психоделической революции, которая тогда только начиналась, заодно пророчески затронув тенденции развития вычислительной техники. "Слег" - это, в первую очередь, ЛСД. А ЛСД - это когда ты закинулся и резко осознал тотальную иллюзорность обыденного мира. Ты поднимаешься к самой Богине, а она говорит: "Не парься. Думаешь, мне это от тебя нужно? Живи по кайфу. Пока!" - и на прощание машет тебе фиолетовым щупальцем. В общем, эта тема была ещё заметнее в изначальном плане братьев:

"По исходной идее, появившейся в середине 1963 года, планировалось написать совершенно реалистичную повесть под названием «Крысы». Действие, современное моменту написания, происходило в Латвийской ССР на острове Буллю в Рижском заливе (это место действия было выбрано потому, что один из авторов некоторое время отдыхал на Буллю). Повесть должна была представлять собой «дневник писателя, оказавшегося по соседству с новыми наркоманами — электронного типа». Слово «слег» тогда ещё не было придумано, речь шла о некоем новом «электронном наркотике» — приборе, вызвавшем чрезвычайно убедительные, яркие и привлекательные по содержанию галлюцинации, после которых реальный мир казался серым и ненастоящим..."


Это Массачусетская машина из "Далёкой радуги" и вся та тема с киборгом-Камиллом и опасениями насчёт нечеловеческого будущего человечества. Это, естественно, "Жук в муравейнике":

"Каждое научное открытие, которое может быть реализовано, обязательно будет реализовано. С этим принципом трудно спорить, хотя и здесь возникает целый ряд оговорок. А вот как поступать с открытием, когда оно уже реализовано? Ответ: держать его последствия под контролем. Очень мило. А если мы не предвидим всех последствий? А если мы переоцениваем одни последствия и недооцениваем другие? Если, наконец, совершенно ясно, что мы просто не в состоянии держать под контролем даже самые очевидные и неприятные последствия? Если для этого требуются совершенно невообразимые энергетические ресурсы и моральное напряжение (как это, кстати, и случилось с Массачусетсской машиной, когда на глазах у ошеломленных исследователей зародилась и стала набирать силу новая, нечеловеческая цивилизация Земли)?

Прекратить исследование! — приказывает обычно в таких случаях Всемирный совет.

Ни в коем случае! — провозглашают в ответ экстремисты. Усилить контроль? Да. Бросить необходимые мощности? Да. Рискнуть? Да! В конце концов, «кто не курит и не пьет, тот здоровеньким умрет» (из выступления патриарха экстремистов Дж. Гр. Пренсона). Но никаких запретов! Морально-этические запреты в науке страшнее любых этических потрясений, которые возникали или могут возникнуть в результате самых рискованных поворотов научного прогресса. Точка зрения, безусловно, импонирующая своей динамикой, находящая безотказных апологетов среди научной молодежи, но чертовски опасная, когда подобные принципы исповедует крупный и талантливый специалист, сосредоточивший под своим влиянием динамичный талантливый коллектив и значительные энергетические мощности.

Именно такие экстремисты-практики и были основными клиентами нашего КОМКОНа-2. Старикан же Бромберг был экстремистом-теоретиком, и именно по этой причине, вероятно, он ни разу не попал в поле моего зрения. Зато у Экселенца, как я теперь видел, он всю жизнь просидел в почках, печени и в желчном пузыре.

По роду своей деятельности мы в КОМКОНе-2 никогда никому и ничего не запрещаем. Для этого мы просто недостаточно разбираемся в современной науке. Запрещает Всемирный совет. А наша задача сводится к тому, чтобы реализовать эти запрещения и преграждать путь к утечке информации, ибо именно утечка информации в таких случаях сплошь и рядом приводит к самым жутким последствиям".


И оттуда же иллюстрация того, что будет, если не будет КОМКОНа:

"Полтора десятка лет назад Надежда и ее дикая судьба были на Земле притчей во языцех, да они и оставались до сих пор притчей во языцех, как грозное предупреждение всем обитаемым мирам во Вселенной... Теперь считается твердо установленным, что за свое последнее столетие обитатели Надежды потеряли контроль над развитием технологии и практически необратимо нарушили экологическое равновесие. Природа была уничтожена. Отходы промышленности, отходы безумных и отчаянных экспериментов в попытках исправить положение загадили планету до такой степени, что местное человечество, пораженное целым комплексом генетических заболеваний, обречено было на полное одичание и неизбежное вымирание".


Под этим углом можно прочитать и "Волны гасят ветер".
gest: (Default)
Вообще, "Хищные вещи века" - это отражение страхов советских авторов перед будущим, в данном случае, панический страх активации шестого контура Лири. Стругацкие отрефлексировали последствия психоделической революции, которая тогда только начиналась, заодно пророчески затронув тенденции развития вычислительной техники. "Слег" - это, в первую очередь, ЛСД.

Да, у меня есть на этот счёт своя фанатская теория, совершенно необоснованная, естественно. Вряд ли Стругацкие действительно закинулись и ужаснулись. Но - продолжая с фанатской теорией - прошло десять лет и страх ушёл. Я когда концепцию Лири изучал, параллельно читал советского фантаста Альтова, он же Генрих Альтшуллер, автор ТРИЗа. И у меня было острое чувство, что Альтшуллер был в теме, что он, так сказать, высшие контуры наблюдал непосредственно. И в его неоконченной повести "Третье тысячелетие" (офигенная вещь) есть один момент, для сюжета совершенно не нужный:

"— Хочешь, раскрою тайну? — спросил Рой. Ему очень хотелось раскрыть тайну, я это видел и великодушно согласился:
— Ладно, раскрывай. Люблю страшные тайны.
Он вынул из кармана очки и протянул их мне. Что ж, подумал я, все идет в соответствии с теорией. Уно приятно будет узнать о релаксации Роя.
— Взгляни, — небрежно предложил Рой. Ничего особенного. Обычная оправа из металлопласта, обычные светло-фиолетовые стекла. Может быть, чуть более светлые, чем нужно для защитных очков.
Рой нетерпеливо произнес:
— Ну!
Я надел очки — и комната сразу преобразилась. В первое мгновение я даже не сообразил, что, собственно, произошло. Мне показалось, что все вокруг начало двигаться: качнулись стены, зашатался стол, поплыл куда-то отделившийся от стены рисунок… Нет, все было на месте, изменилась только окраска предметов. Точнее, не изменилась, а непрерывно менялась, причем у каждого предмета окраска менялась независимо, по каким-то своим законам. Белая стена превратилась в розовую, а потом в оранжевую; светло-коричневое кресло, стоящее у стены, неожиданно окрасилось в синий цвет, и я не успел присмотреться, как кресло из синего стало изумрудным. Потом оба цвета, оранжевый и изумрудный, словно по команде погасли, стена теперь была светло-желтой, а кресло — черным. Возник острый звук — как писк комара, только сильнее. С потолка полыхнуло алым светом, и все предметы в комнате — книги на стеллажах, стол, панели автоматики и сама комната, стены, двери, пол — все окружающее загорелось ослепительно яркими красками, слилось в пеструю мозаику и бешено закружилось. Писк комара превратился в нестерпимо сильный свист…
Я сорвал очки.
— Как впечатление? — спросил Рой. Он просто изнывал от нетерпения.
— Смертельное. И даже более того. Голова кружится, свист какой-то…
— Привыкнешь, голова не будет кружиться. Света здесь многовато, поэтому пестрота и свист. А так — роскошная штука, если, конечно, хорошенько настроить. Не хуже калейдоскопа".


Как бы, это просто "весёлые очки", детская игрушка, хаха. (Хотя сам Рой взрослый.) Но если ты в теме, ты понимаешь, что послужило источником вдохновения. 

Profile

gest: (Default)
gest

April 2017

S M T W T F S
       1
2 3 4 5 6 78
9 10 11 12 13 1415
16 17 181920 21 22
232425 26272829
30      

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 25th, 2017 04:59 pm
Powered by Dreamwidth Studios