gest: (Default)
Вообще, у меня тут остались иллюстрации к посту про "советский стратегический план", которые мне некуда девать. Во-первых, это клёвая вьетнамская схема концепции глубокой наступательной операции Триандафиллова (не смог выбрать версию, они мне обе нравятся - и классическая, и современная стилизация по мотивам классической):





1) Удар по широкому фронту, поддержанный массированным огнём артиллерии на тактическую глубину вражеской обороны. Часть атак, при этом, может не иметь под собой основания и играть чисто отвлекающую роль, остальные могут потенциально обернуться успехом. 

2) Подкрепления перебрасываются на те направления, где наблюдается локальный успех. Там, где удалось преодолеть вражескую оборону, в прорыв вводятся силы, осуществляющие глубокий манёвр ("эшелон развития успеха").

3) Удары авиацией и парашютные десанты поддерживают наступление на оперативную глубину, обеспечивают срыв вражеских контратак. 

И к этому я хотел ещё добавить высказывание Переслегина, насчёт того, что в идеальной глубокой наступательной операции прорыв осуществляется силами одной лишь пехоты и артиллерии, а бронетехника используется только для осуществления глубокого манёвра. Если (как у немцев) использовать танки и для прорыва, и для развития успеха, неизбежные на стадии прорыва потери в танках негативно скажутся на глубине наступления. 

Read more... )

Пехота и артиллерия прорывают, танки (и кавалерия) входят в чистый прорыв, авиация, воздушно-десантные войска, диверсанты и "пятая колонна" обеспечивают коллапс обороны и полный разгром противника. Правда, для идеальной глубокой операции по Переслегину нужна очень сильная пехота, способная самостоятельно прорывать оборону в стиле немецких штурмовых отрядов Первой мировой. А такой пехоты в СССР не было, тут идеальное (по мысли Переслегина) сильно отставало от реального. Приходилось использовать танки для поддержки пехоты и всячески насыщать "мотострелковую роту" бронетехникой, чтобы скомпенсировать слабость советской пехоты, как таковой.

***

Вообще, как я уже говорил, белоэмигрант Месснер свои пять планов из пальца высосал. Но в контексте "советского"/"ангбандского" плана ("угроза регулярным воинством и широкое применение иррегулярного войска, а также революционных сил") меня веселит, что именно у нас появилась:

1) Сюжетная схема "Трудно быть богом". Орден располагает значительным количеством отрядов тяжёлой конницы и средствами для их переброски по морю, но при этом предпочитает действовать руками агентов, которые внедряются в органы управления вражеской страны и потихоньку разваливают её изнутри.

2) Ненулевое количество конспирологических трактовок "Гамлета", где Призрак (и Горацио) - агенты Фортинбраса, работающие на развал датской державы изнутри, руками Гамлета, в интересах норвежской интервенции. Это и рассказ "Два Гамлета" Никиты Елисеева, который я как-то уже цитировал:

"Коля с воодушевлением рассказывал: "Я пытался дать такой синтез в пьесе "Фортинбрас, или за кулисами". У меня призрак был и его ... не было. Это всё Брехт и Аксёнов, Иван – виноваты. У Брехта в его режиссёрской разработке "Гамлета" – Фортинбрас был агрессором, Клавдий – королём-миротворцем, а Гамлет – истериком, рушащим здание мира с таким трудом, с такими грехами возведённое Клавдием. Иван Аксёнов целую статью написал о "Гамлете". Он полагал, что мы читаем неполный вариант пьесы. Выпали куски, связанные с Фортинбрасом, вся линия Фортинбраса оказалась потерянной. И тогда я подумал: а что если Призрак – умелая провокация Фортинбраса? Тогда понятно, почему Фортинбрас просит оказать Гамлету воинские почести. Гамлет сделал для него то, чего никакой генерал сделать не смог, – проторил дорогу к датскому престолу. Гамлет думает, что на нём нельзя играть. Я, мол, не флейта! Правильно, не – флейта. Инструмент куда более сложный. Например, орган. И на этом органе уже играют. Гамлет думает, что он мстит за отца, а на самом деле он ведёт к престолу того, кого осиротил его отец, Гамлет-старший! – ( сын крикнул: "Пока!", грохнула дверь, радио забубнило громче ) – Призрак – артист, подкупленный Фортинбрасом, потом этот же артист сыграет короля в "Мышеловке". Гамлет, провоцируя Клавдия, не понимает, что сам спровоцирован! Он не знает, что сам играет в пьесе "Мышеловка"! Он – умный, нравственный, волевой человек – оказывается орудием контрразведки!""


И, из недавнего, стихотворный "Апокриф от Горацио" Сергея Удалина в сборнике "Шекспи/еременты" (или, как я его называю, "Шексэкскременты"):

Вы спросите, при чём здесь Фортинбрас?
А кем ещё, по-вашем, мог быть
Не названный до сей поры заказчик?
Кто выгоду извлёк из той беды,
Что приключилась в славном Эльсиноре?
А чьи войска случайно возвращались
С успешной, но бессмысленной войны,
В чём признавались сами же норвежцы?
И кто ещё, в конце концов, давно
Уж зарился на датскую корону?

Нет, было бы неправдою сказать,
Что Фортинбрас со мной не расплатился...


Смешно, что каждый следующий подобный автор не понимает, насколько он банален. И всё-таки, не является ли любовь к подобному сюжету воспроизведением некого культурного паттерна? 
gest: (Default)
Да, я тут вспомнил, я хотел в контексте "реалистичного Основания" процитировать Михаила Диунова: 

"Говоря об Османской империи до младотурок, когда у них начался типичный такой азиатский национализм с "эх вырежем всех армян, да и про греков с курдами не забудем", очень часто забывают, что тогда это было довольно необычное государство.

Оно совершенно не было национальным (отсюда в значительной мере проистекала та ненависть, с которой этнические турки стали убивать всех инородцев, после того, как "стало можно"). Империей управляла группа лиц, которых с полным правом можно назвать термином Шафаревича "малый народ".

Но это был очень интересный малый народ, он совсем не хотел умаления и ослабления империи, и очень активно работал ради ее процветания. Но для малого народа, собственно турки, особенно неграмотные массы турок крестьян, которых они откровенно презирали, были не более чем расходным материалом. Эти люди были искренними патриотами империи, которую считали своей, а турок воспринимали как некое временное недоразумение, промежуточную стадию исторического процесса, с которой стоит считаться лишь в силу их многочисленности.

А состоял этот малый народ прежде всего из греков-фанариотов, которые служа мусульманской империи и халифу, сохраняли православие и делали все, чтобы Османская империя была как можно более толерантна по отношению к иноверцам-христианам. При этом, они вполне спокойно подавляли восстания греков и славян против султана, так как любое уменьшение численности христианского населения в империи ставило их программу под угрозу.

Вторым по важности компонентом малого народа были европейские эмигранты из всех наций, от французов до поляков, которые приезжали на службу султанам и оставались в империи, сохраняя свою культурную идентичность и даже вступая в брак только в кругу "своих". Например, таким потомком эмигрантов был автор последнего гимна Османской империи - османский композитор Итало Сельвелли, который был потомком итальянцев на османской службе. Все эти люди традиционно занимали высокие посты и были очень влиятельны.

Все они были изгнаны в кемалистами в ходе реализации политики национализации.

Этнические турки в малом народе тоже были, но они обычно утрачивали свою этничность и проникались мировоззрением малого народа, которое понимали как османизм.

У этого малого народа была и своя идеология - Мегали Идеа - мысль об эволюционном восстановлении Византийской империи, с реставрацией христианской культуры и цивилизации, которая произойдет постепенно по мере окультуривания турок и увеличения влияния и численности греков и европейцев. И, стоит отметить, в XIX веке сюжет развивался именно в этом направлении.

Надо сказать, такая Турция, мне была бы более симпатична, чем нынешняя квазивестернизированная, азиатская деспотия".


(Обратите внимание, как ловко Диунов уравнивает иностранцев, принимавших ислам, с греками-фанариотами, которые оставались православными.)

Это в тему концовки того поста: когда я рассказал эту историю [livejournal.com profile] gilgamesch'у, он сказал, что такая версия "Основания" ему больше нравится - [не потому, что сюжет целиком повторяет реальную историю], а потому что в реальном мире всё именно так бы и происходило. Долгоиграющие хитрые планы реализуются именно с такой степенью точности.

В этой ситуации в очередной раз был собран Имперский Генеральный Штаб, который проанализировал обстановку и пришёл к выводу, что Византия со столицей в Константинополе исторически обречена, она не доживёт до конца кризиса, который теперь будет тянуться векам и веками. Было принято решение воспроизвести ранее сработавшую стратегию "translatio imperii" и снова перенести имперский центр, воссоздав его на новой этнической основе, чтобы занять удачную геополитическую позицию для дальнейшего расширения и возвращения утраченных территорий. Они ткнули пальцем в карту, определив потенциальное расположение новой сверхдержавы, способной в будущем бороться за гегемонию в масштабах Ойкумены...

Прогрессорская операция закончилась почти успешно. Но в этом "почти" была вся тонкость. Основные параметры нового государства-империи задать удалось, но трансляция культуры не произошла, переводные византийские тексты были постепенно отторгнуты русской культурой...

Перевезённый на Русь полный архив Третьего Основания был позорным образом утрачен несознательными местными кадрами ("библиотека Ивана Грозного"). Следовательно, новой сборки Имперского Генерального Штаба не случилось...


То есть, в рамках интеллектуальной игры, где мы постулируем существование технологии ("психоистории"), позволяющей делать невероятно точные долгосрочные прогнозы, происходит следующее. Византия накачивает Русь в качестве своего преемника-"терминатора", который должен будет возродить Империю и стать Империей. Россия получает свою историческую программу ("мочить турок-басурман, воевать за Константинополь и контроль над проливами, мы единственные легитимные наследники Рима"), но утрачивает архив с данными. Копирование файлов прервалось в самый критический момент, новой сборки психоисторического штаба не произошло.

При этом, психоисторический штаб (кадры имперской и церковной разведки) выживает в Османской империи, в захваченном турками Константинополе (а куда он денется?). И вынужденно начинает свою игру по сотворению "добра из зла, потому что больше его не из-чего делать". Так сказать, СССР - это наша родина во всём, кроме названия, и мы должны добросовестно ей служить, и т.д. Но это, в свою очередь, приводит константинопольский штаб к игре против России, которая хочет Османскую империю уничтожить. Условный Анвар-эфенди (из "Турецкого гамбита") гадит нам, потому что Россия: 1) стремится вырвать славянские и православные народы из-под власти Турции 2) хочет получить Царьград, установить крест на Святой Софии и выкинуть турок обратно в Азию. А это противоречит планам константинопольской криптоэлиты на трансформацию Османской империи в нужном ей направлении.

Так на новом витке преемники Третьего Основания воспроизвели конфликт между Вторым и Третьим, где оба проекта, по сути, боролись за одну цель, но делали ставку на взаимоисключающие сценарии.

В итоге, в результате Первой мировой войны и двойного удара из Ленина и Ататюрка побеждает "третий проект".

[Очевидную выгоду тут получает мир ислама, как таковой. Вообще, представьте себе реальность, в которой в ходе Второй греко-турецкой войне 1919-1922 годов иная Россия играла бы на стороне православных греков, а не культурно близких большевикам кемалистов.]
gest: (gunter)
Первое правило конспирологии гласит, что в каждый момент времени может существовать только один Заговор. Не может существовать два параллельных заговора. Если одновременно существуют два заговора, значит, один из них вложен в другой - и, значит, это один Заговор. Тем более, не могут существовать два конфликтующих заговора.


Как частный случай этого правила: если Заговор по каким-то причинам отсутствует (не является фактором), могут сосуществовать разные конфликтующие интриги, числом более двух. Итак: Заговор (1 шт.)/ интриги (2+ шт.). Если наблюдается два явных конкурирующих центра силы, за каждым из которых стоит собственный проект, это означает существование третьего, скрытого центра силы - наиболее слабого (по ресурсам) из трёх, с наименьшей вероятностью реализации собственного проекта, а потому ищущего шансы за пределами аналитичности. В том числе, за счёт игры на обострение противоречий между двумя явными центрами. По сути, именно спровоцированное третьей стороной обострение делает данное противостояние заметным для постороннего наблюдателя. Когда мы видим противостояние между двумя сторонами, мы должны первым делом задать себе вопрос: Почему их двое? Кому [из третьих сил] это выгодно?

Это является поправкой к следующим тезисам Галковского:

Монарх-наследник: "На самом деле понятно, что в государствах такого типа всё решает король, а поскольку абсолютистская власть не безгранична в силу биологической неабсолютности короля, то основной конфликт проходит по линии король-наследник. Самый ничтожный наследник всё равно автоматически является точкой сборки для любой оппозиции верховной власти".

Гегемон-субгегемон: "Как только складываются правильные дипломатические отношения, возникает мировое сообщество с жёсткой оппозицией гегемон-субгегемон.... Фиксированного третьего места обычно не бывает. Есть гегемон, есть субгегемон. Между ними - основной конфликт. У гегемона - кулачищи, у субгегемона - дополнительный дипломатический ресурс, т.к. гегемона все ненавидят и боятся. Чем сильнее гегемон, тем сплочённее народ вокруг субгегемона".

(Прошлые материалы по теме.)

Иллюстрации:

Фильм "Аноним" Роланда Эммериха. Там эта ситуация показана особенно выпукло. Есть проект Елизаветы Английской (монарха), есть конкурирующий проект графа Эссекса (наследника-бастарда), поддержанный "Шекспиром", Эдуардом де Вером. Но там, где есть две интриги, должна существовать и третья, о которой мы узнаём в конце фильма.

Переслегинская трактовка "Трудно быть богом" ("Детектив по-арканарски"). В Арканаре два очевидных центра силы - король Пиц VI и его первый министр, дон Рэба. Третья, скрытая сторона конфликта - Арата, делающий "неаналитическую" ставку на Румату. Проект короля Пица и людей, лояльных династии Тоцев Арканарских vs. "орденский" проект Рэбы vs. революционный проект Араты Горбатого.

"Властелин колец" - коалиция Гэндальфа против мордорской державы Саурона. Третий проект - Саруман Белый, властитель Изенгарда.

Мой ироничный вариант "реалистичного Основания".

У Азимова описывался классический Заговор. Второе Основание не противоречит Первому, это разные части одного проекта, одного Заговора. Вдобавок, сам этот проект начался за тысячу лет до Селдона, как правильно напоминает нам [livejournal.com profile] lionkingst91: "...зато итог дальнейшей наркомании - рай для конспиролога, ибо за всеми событиями человеческой истории, начиная с определённого момента, начинают стоять роботы (слава роботам!), более того, сама психоистория оказывается их проектом". Всегда существовал только один Заговор. Любые внесистемные элементы (Мул и т.д.) оперативно выявляются, нейтрализуются и усваиваются системой. Это конспирология.

Я попытался превратить этот сюжет в криптоисторию, спроецировав реальную историю нашего мира на сюжет Азимова, который сам вдохновлялся падением Западной Римской империи. Итак, первый проект, проект возрождения Империи на новом витке - это Первое Основание + Второе Основание. Контр-проект - Третье Основание, возникшее, когда в руки имперских спецслужб попали исходники и изначальные расчёты Селдона. Это проект спасения Империи за счёт перемещения имперского центра. Но существование явного противоречия между этими двумя проектами свидетельствует о существовании третьего, тайного проекта, который использовал борьбу Второго и Третьего Основания (Ватикана и Константинополя) в своих целях. И никем не предсказанный джокер-психократор Мул, выскочивший, как чёрт из табакерки, был одним из свидетельств существования этого самого третьего проекта. 

***

Естественно, по вышеназванным причинам (слабость ресурсной базы, изначально наименьшие шансы на победу) третья интрига редко заканчиваться успехом. Чаще всего, в результате своего поражения, т.е., победы гегемонического Первого участника или контрпроектного Второго участника, она вообще растворяется в истории, как "слёзы под дождём", не оставив нам однозначных свидетельств своего существования. 
gest: (Default)
Я писал:

Итак, в США золотой век конспирологии начался в 19 веке, и вызван он был наплывом эмигрантов из католических стран. Первой настоящей теорией заговора в США стала теория о католическом заговоре, направленном против молодой протестантской республики. (Естественно, американские конспирологи не стеснялись заимствовать идеи и целые сюжеты у европейских авторов, писавших о коварных иезуитах и их кознях.) На протяжении многих десятилетий теория католического заговора против христианства и человечества оставалась популярной в кругах протестантских фундаменталистов, и её мотивы можно заметить во многих современных американских теориях заговора.

Католики казались крайне удачными объектами для конспирологии. Они были фанатичны, дисциплинированы и не привязаны ни к одной конкретной национальности. Их объединяло одно - присяга на верность Папе-Антихристу и его слугам. Католики по природе своей ненавидели то, что составляло основу американского образа жизни, то есть свободу, демократию и христианские общины верующих. Единственным их законом была воля Папы, единственной приемлемой для них властью была власть католических монархов (подчиняющихся Папе), а их единственной верой было слепое послушание иерархам Церкви.


(В рамках моего цикла про "Мир конспирологии", я тут его перечитал - всё-таки, я время от времени жгу!)

Ну вот, а это про тогдашнюю просвещённую Европу, откуда американцы заимствовали идеи, [livejournal.com profile] tito0107 цитирует Карамзина:

"С путешественником всего ближе говорить о путешествиях: итак, услышав, что я еду в Швейцарию, начал он говорить со мною о тех удовольствиях, которые можно иметь в этой примечания достойной земле, где он сам был за несколько лет перед сим. Но скоро обратил я разговор на берлинский иезуитизм. Надобно знать, что с некоторого времени начали писать в Германии – или, лучше сказать, в Берлине, и Николаи первый подал к тому мысль – будто есть тайные иезуиты, которые всеми силами стараются снова овладеть Европою; будто Калиостро и подобные суть их миссионеры, которые, обольщая легковерных людей пышными обещаниями, порабощают их власти тайных иезуитских начальников и проч. и проч. С сего времени стали везде искать скрытых иезуитов: между учеными и неучеными, между пасторами и солдатами. В сочинениях некоторых писателей нашли что-то иезуитское. Началась ужасная война, и «Берлинский журнал», издаваемый Бистером и Гедике, избран был в театр сей войны. С иезуитизмом слили в одно католицизм; доказывали, что тот и тот из известных протестантских ученых тайно приняли католическую религию; что они опасные люди, и проч. Те, которых наименовали, рассердились и начали браниться или отбраниваться, доказывая, что берлинцы бредят. Все это еще и ныне продолжается". (Написано в 1789 году.)


А какие у вас последние новости с фронта борьбы с иезуитами? Последнее, что я слышал, звучало так: в ходе иезуитской гражданской войны (Второй мировой), нацистские спецслужбы ликвидировали последнего настоящего Чёрного Папу, "дона Рэбу" Ледуховского, когда брат-иезуит Гитлер понял, что руководством Ордена было принято решение кинуть Третий Рейх и отдать победу брату-иезуиту Сталину. С тех пор генерал иезуитов - это просто формальная должность без настоящей власти, а каждая региональная организация существует сама по себе и доит свою территорию по договорённости с остальными. Но я не знаю, насколько авторитетным было это мнение, да и сам сайт с тех пор сдох...
gest: (gunter)
(...)

Дополнение Zero Hour. [Сразу хочу сказать, что я играл в эту игру несколько раз, но так как я играл ради сюжета, я ни разу не решился поиграть с генералами. Мне просто нравится читать их список.]

Эта игра "развернула доску" и полностью поменяла контекст предыдущих событий. Причина очевидна. Структура кампаний в первой и второй игре одинакова. В первой кампании одна из великих держав громит террористов и объявляет себя победителем ГЛА. Во-второй кампании ГЛА воскресает из пепла и наносит неожиданный ответный удар. В третьей кампании определяется настоящий победитель, по принципу "хорошо смеётся тот, кто смеётся последним". В Zero Hour последний ход делают китайцы.

Да, и ещё одно замечание. Теперь игрока знакомят с сюжетом посредством новостных выпусков, у каждой стороны конфликта есть своя новостная телекомпания (наличие у GLA собственного "террористического" телевидения можно считать реакцией разработчиков на рост популярности канала "Аль-Джазира"). Во время каждой кампании игрок смотрит только новости соответствующей стороны, и эти новости создают три разные и слабо пересекающиеся реальности. Очень прогрессивно.

1. Кампания за США.

Американцы зачищают окрестности Байконура от оставшихся вражеских сил, организуют поставки гуманитарной помощи в разные регионы планеты, проводят совместную с китайцами операцию по обнаружению и уничтожению тайных биохимических лабораторий. Американцы находят себе нового врага - предполагаемого руководителя программы ГЛА по созданию оружия массового поражения, "доктора Тракса" (Тракс от слова antrax, "сибирская язва" - естественно, это не его настоящее арабское имя). Затем американцам попадает вожжа под хвост, и они объявляют Иран спонсором террористов. Америка начинает вторжение в Иран для захвата контроля над нефтяными месторождениями с целью "лишения доктора Тракса источников финансирования". Операция начинается с массированной ночной высадки парашютного десанта. Американцы просто сбрасывают на территорию Ирана рейнджеров с лёгким вооружением, ставя перед ними задачу захвата аэродромов и подготовки их к принятию транспортников с техникой. В этот момент я особенно остро ощутил, что американцы в этой игре, со своими танками "Крестоносец" и безумным стилем планирования операций - это не американцы текущей реальности. Сама миссия совершенно адская, потому что местные муллы, естественно, призывают жителей к борьбе с американскими агрессорами, и на игрока из соседней деревни идёт постоянный поток смертников и шахид-мобилей. Плюс иранцы успели подготовиться, и на этой карте фугасами заминировано вообще всё, от нефтевышек до дорог. Как бы то ни было, Иран покорён. Америка наносит удар по секретной базе Тракса, который готовит к запуску межконтинентальные ракеты с оружием массового поражения. К американцам присоединяются и местные террористы, недовольные политикой Тракса. То есть, в последней миссией американской кампании игрок командует объединёнными американо-террористическими силами, которые воюют с элитными отрядами "химических" террористов Тракса.

Что обращает на себя внимание? К этому моменту американцы уже частично утратили адекватность. Американские СМИ раздули виртуальную фигуру "доктора Тракса", которого объявили вторым Сатаной, Гитлером и Бен Ладеном. Для борьбы с Траксом американцы пошли на союз с "умеренными" силами в ГЛА, взяв курс на "арабизацию" конфликта. Теперь, значит, не все террористы плохие, а только плохие террористы! Всё это оправдывается тем, что без доктора Тракса ГЛА само собой развалится на части, как Империя без Палпатина. (А вот не надо было принимать стратегические решения, ориентируясь на сюжеты собственной массовой культуры.) Американцы сами создали Тракса, сами его уничтожили. Можете дать себе медаль, ага.

2. Кампания за ГЛА.

Новостной канал ГЛА с чистой совестью отрекается от Тракса, объявляя его безумцем и одиночкой. Настоящее руководство ГЛА остаётся неопознанным и неуловимым. "Мерседес уходит от погони" - нужно провести роскошный бронированный лимузин вождя ГЛА по узким лесным тропинкам, перебить американские патрули и доставить лидера к полевому аэродрому для эвакуации. Затем наступает пора чисток среди высшего руководства - египетское крыло ГЛА переродилось и утратило идеологическую чистоту, надо их всех покарать. Затем ГЛА проводит изумительную по своей дерзости операцию на западном побережье США - группа диверсантов при поддержке местных террористических ячеек похищает из секретной лаборатории образцы биохимического оружия. Новейший американский авианосец входит Средиземное море, чтобы успокоить союзников США в регионе. Ещё одна мобильная диверсионная группа захватывает американскую станцию управления космическим оружием, и, чудом раздобыв коды доступа, выпиливает американский авианосец посредством американского же орбитального лазера. (Это отсылка к концовке кампании за Братство НОД в первом C&C, где Кэйн хакнул систему управления орбитальной ионной пушкой GDI и использовал её против объектов GDI.) Финальная битва происходит в Германии - остатки НАТО, базирующиеся на американской военной базе, против обновлённой армии ГЛА с китайским оружием (игрок с самого начала получает в своё распоряжение китайские технологии), которой помогают союзники из местной немецкой "моджахедской" деревни (за них играет компьютер, "местные" регулярно посылают в сторону американской базы боевиков с автоматами и смертников с поясами шахидов). НАТО разгромлено, американцы спешно эвакуируют свои силы, Западная Европа переходит под власть арабских террористов-коммунистов. Местные "террористические" кадры поддерживают ближневосточных товарищей. В ознаменование эпохальной победы "освободители" из ГЛА устанавливают на площадях европейских городов памятники автомату Калашникова - международному символу борьбы за освобождение угнетённых.

В результате серии подобных fuck-up'ов (террористы проводят крупную диверсионную операцию на территории США и уходят живыми, новейший и самый дорогой авианосец гибнет вместе со всей командой, американская армия проигрывает битву за Европу) в США разгорается нешуточный политический кризис. Тем более, что подобные совпадения (секретная лаборатория? коды доступа к орбитальному лазеру?) указывают на предательство, нити которого тянутся на самый верх. Не исключено, что все эти события происходили на фоне президентской гонки, и привели к смене политического руководства. Как бы то ни было, США меняют свою политику, выбирая путь "блистательной изоляции" от мира, погружающего в хаос. Приоритетами объявлена безопасность американских граждан на американской территории и наведение порядка в стране.

3. Кампания за Китай.

Одной строчкой: китайские армии вторгаются в Европу, ГЛА приходит карачун. Ведущая китайской новостной передачи зачитывает официальное обращение: руководство китайской армии сожалеет, что в ходе освобождения городов Европы от террористов было применено тактическое ядерное оружие, но это было продиктовано суровой военной необходимостью. Тем не менее, китайская армия берёт на себя обязательство проявлять крайнюю сдержанность в вопросах применения оружия массового поражения в ходе антитеррористической операции. Пожившие под властью революционного шариата европейцы цветами встречают китайские танки, китайцы калённой метлой выметают из Европы арабских террористов и сочувствующих. ГЛА пытается ответить на это своими коронными трюками - стратегией непрямых действий, диверсиями в глубоком вражеском тылу, постоянным уходом из-под ударов - но все эти приёмы внезапно перестают работать. Террористы нападают на ядерные объекты на территории самого Китая, но охрана их уничтожает. Ближневосточные боевики собираются использовать разветвлённую дорожную сеть Западной Европы, чтобы перейти к привычной для себя манёвренной партизанской войне, но тяжёлые китайские штурмовые вертолёты расстреливают с воздуха автоколонны террористов, пытающихся выйти из окружения. Последняя миссия кампании и игры, как всегда, представляет собой эпическую битву - китайская армия против сил ГЛА, которые вооружены американским оружием и технологиями. (Американцы по сюжету оправдываются тем, что всё это оборудование попало в руки ГЛА с захваченных складов НАТО.) Триумф Китая, ведущая китайских новостей рассказывает о благодарности европейских народов и о вступлении европейских стран в Евразийский Союз.

Вот такая история. В первой игре речь шла о том, что Китай влез в Среднюю Азию, но в итоге проиграл борьбу за этот регион Америке. Вторая игра превращает сюжет первой игры в пролог к основным событиям, о которых нам рассказывают пунктиром (просто потому, что в Zero Hour меньшее число миссий, которые при этом описывают намного более масштабные события), и в эпилоге Китай становится гегемоном всей Евразии, включая Западную Европу, а США "сосредотачиваются" и отступают за океан, в родное полушарие. Таким образом, ГЛА оказывается не более чем китайским "ледоколом".

На это работает даже структура финальных миссий дилогии.

Первая игра демонстрирует "прямое", внешнее:

1. Финальная миссия за Китай, Китай против ГЛА. China strong! Китай крушить!
2. Финальная миссия за ГЛА, ГЛА против американцев и китайцев. Террористы круты! Террористы никого не боятся!
3. Финальная миссия за США, США при поддержке Китая, против ГЛА. Америка решает проблемы, а китайцы... они тоже немного помогли.

Вторая игра демонстрирует "косвенное", подтекст и истинный смысл событий:

1. Финальная миссия за США, американские войска и дружественные силы ГЛА, против вражеских сил ГЛА. Американцы хотели бы структурировать конфликт, как войну арабами с арабами, оставив за собой возможность оказывать помощь той или иной стороне.
2. Финальная миссия за ГЛА, ГЛА с китайским оружием и поддержкой европейско-арабских повстанцев, против американских баз в Европе. Китайцы "накачали" ГЛА для борьбы с США, чтобы выбить американцев из Европы, а заодно поставить европейцев перед выбором - китайская гегемония или существование под властью идеологически мотивированных ближневосточных радикалов.
3. Финальная миссия за Китай, Китай против ГЛА, где ГЛА использует не только "родную", но и американскую технику. Американцы в последний момент осознали суть китайского плана и попытались ему помешать, оказывая неофициальную поддержку европейской группировке ГЛА, как меньшему (то есть, слабейшему) злу. Но было поздно.

Подведём итоги. Перед нами американская игра, в которой США проигрывают, Китай выигрывает, а демократия уступает корпоративному фашизму (капитализм минус демократия, под националистическими и патриотическими лозунгами).
gest: (Default)
Как-то я представил себе криптоисторический сюжет, в котором все события послевоенной отечественной истории, включая развал СССР и текущий конфликт на Украине, подаются через призму тайного противостояния двух могущественных орденов танкостроителей - харьковского и тагильского. Которые и являются истинными центрами управления, если вы понимаете, о чём я. Поссорились они ещё в ходе Великой отечественной войны, когда харьковчане были эвакуированы на Урал и поднимали там производство. Кошка пробежала, плохая кровь была пролита, они до сих пор так друг друга и не простили, до сих пор воюют на руинах былой державы.

И, естественно, где-то там ещё был Ленинградский Кировский завод (ЛКЗ), который пытался занять позицию мудрой обезьяны, наблюдающей за схваткой тигров в долине, но по итогам проиграл всё.

Оказалось, что всё было ещё сложнее!

Вспоминает очевидец:

"Всех сотрудников ВНИИТрансмаша условно можно разделить на 4 группы: сторонники ЛКЗ, Тагила, Харькова и независимые - «свободные художники», но это их «внутренняя кухня» и они сами с трудом в ней разбираются. Главное - Артем Петрович Софиян входит в четвертую группу. Это классный специалист мирового уровня,  знает свои возможности и свое место. Очень важно: он принципиальный человек, если говорит «Да», то это «Да» и уже не заменит его на «Нет». По характеру он боец, бультерьер с железной хваткой. В отличие от большинства сотрудников ВНИИТрансмаша он не будет «поджимать хвост» и «лизать руку обидчика», а сразу бросается в драку, за это его не любят. Его надо уважать и «держать дистанцию»".


Итак, были "лениградцы", "тагильцы", "харьковчане" - и ещё существовали независимые, которые были полными отморозками, потому что они мочили вообще всех!
gest: (Default)
Я решил закончить этот год, отдав дань творчеству удивительного психа Альфреда Баркова, потому что когда-то он поразил нас с [livejournal.com profile] arishai до глубины души, и потому что таких больше не делают.

Мениппея по-арканарски (ч.1)
Мениппея по-арканарски (ч.2)
Мениппея по-арканарски (ч.3)

Но имейте в виду следующее. Если бы ему пришло в голову, что "Трудно быть богом" - это мениппея, он бы накатал об этом тридцать три главы, где рассмотрел бы все вопросы в мельчайших подробностях. И, конечно же, он подключил бы к делу пьесу "Без оружия", не как творческую неудачу братьев (у гениев не бывает неудач), а как оставленный нам авторами ключ к своему многомерному шедевру. "Трудно быть богом" - это то, что Пашка рассказал Анке на Земле, а "Без оружия" - это официальная версия из учебника "История прогрессорства, ранний период", превращённая в пьесу для постановки в школах-интернатах, то есть ещё одна "ложная фабула".

Например, из пьесы можно узнать о том, что, по официальной версии, Румата погиб в Арканаре, хотя мы вроде как знаем, что это не так. (Не говоря уже о разночтениях насчёт судьбы Араты и Рэбы.) И что в учебнике упоминался визит дона Кондора в Арканар и его переговоры с доном Рэбой, о чём Пашка предпочёл умолчать:

Рэба. Да будет вам известно, дон Кондор, что я уже второй год являюсь наместником Святого Ордена в герцогстве Арканарском, епископом и боевым магистром.

Пауза.

Кондор. Поразительная новость. Я вас поздравляю, ваше святейшество…
Рэба. Благодарю.
Кондор. Я не сомневаюсь, что эта новость будет воспринята при дворах Империи с необычайным удивлением…
Рэба. Я буду рад, если эту новость сообщите именно вы.


И что после Руматы на арканарское направление срочно перебросили некого "Павла Сергеевича" (Пашку???), причём под личиной барона Пампы

Барков в поисках тайного смысла распотрошил бы пролог построчно - тем более, что глава-пролог и так выглядит, как зашифрованное послание. "Вот брехун! — вскричал он. — Да разве станет Арата связываться с таким негодяем, как ты!" - вот почему Антон до самого конца отказывался верить в очевидное. Не говоря уже об этой фразе:

"Антон небрежно сказал:

— Например, мы часто играем в Вильгельма Телля.
— По очереди, — подхватил Пашка. — Сегодня я стою с яблоком, а завтра он".


"Игра в Вильгельма Телля по очереди" - это, как минимум, отдельная глава. "Сегодня я стою с яблоком, а завтра он". Просто Антон промазал, а Пашка - нет.

Что там говорить, Баркову хватило бы маленького отрывка из книги "Неизвестные Стругацкие":

"И сохранился рассказ «Дорожный знак», который позже послужил прологом к ТББ. Текст рассказа практически не отличается от пролога ТББ, за исключением названий. Во время написания рассказа Авторы еще не выдумали Арканар, его окрестности и его жителей. Ребята еще играют в земных пиратов. Вместо сайвы упоминается сельва, вместо ста золотых — два миллиона кило стерлингов, вместо коры белого дерева — кактус пейотль, вместо ируканских пиратов — голландские, а вместо Урочища Тяжелых Мечей — пылающий Порто-дель-Карто.

Обращений «благородный дон» и «дона» в рассказе также не было, вместо них — «hombre» и «тапапа» (видимо, имеется в виду «тиспаспа»), аккуратно вписанные в пропущенные места машинописного текста. Кстати, обращение к женщинам «дона» было придумано Стругацкими, ибо у нас, на Земле, женский род к слову «дон» — «донья» (испанское) и «донна» (итальянское и португальское), что было замечено одним въедливым корректором.

Имена же, упоминаемые в рассказе, Авторами были взяты из приключенческой литературы (А. Дюма, Р. Стивенсон, Жюль Верн, О. Генри), так любимой мальчишками советских времен: Генрих Наварра (маршал Тоц), Себастиан Перейра (Бон Саранча), Великий Альвец (дон Сатарина Беспощадный), Джон Гопкинс (Арата Красивый). Интересна переделанная фраза о последнем персонаже. Вместо «Да разве станет Арата связываться с таким негодяем, как ты!» в рассказе говорится: «Да кто же не знает, что Гопкинс со всей своей компанией уже год как национализирован!» (Ср. в ПXXПВ: «Данную акцию мистера Гопкинса одобряю. Жду следующих в том же духе. Кондратьев».)

Единственный персонаж, чье имя было придумано Стругацкими уже давно, но до того времени не было нигде задействовано, «Румата-Освободитель», был изменен в прологе на Гексу Ируканского. Ибо странно было бы будущему Румате играть в Румату…"


Он вывел бы из этого какую-нибудь крышесносную версию, объясняющую, почему на самом деле будущий Румата не мог играть в Румату-Освободителя, и куда делся Гекса Ируканский, которого отыгрывал Антон, тем более, что дон Сатарина Беспощадный и Арата спокойно дожили до событий повести.

Потому что, в очередной раз, у меня всё равно получается конспирология - тайный подтекст известных событий. А у Баркова вся суть сводилось к тому, что никаких описанных в тексте событий вообще не было - были другие события, разные события, а точнее, разные рассказы о событиях, изложенные посредством одного и того же текста. Который мы принимаем за "хронологически-однослойный", потому что у нас отсутствует многомерное мышление, мы ошибочно транслируем принципы нашей реальности на литературный текст. (Потому что мы не шизофреники.)

А Барков спокойно бы заявил, что в повести есть, по крайней мере, два слоя - две разные цепочки событий, зашифрованные в виде одного сюжета. И если один слой описывает смерть Сталина и Берии (слой Руматы-II/Араты Горбатого), то второй слой связан с событиями, которые происходили в СССР за 15-20 лет до этого, в тридцатые годы (слой Руматы-Освободителя/Гексы Ируканского/Араты Красивого). Иначе непонятно, зачем в тексте все эти ссылки на события двадцатилетней давности, ведь у гениальных писателей лишних и "непонятных" деталей не бывает. 

Но, к сожалению, так гнать я не могу.
gest: (gunter)
Осталось поговорить об историческом контексте.

Классическая мениппея содержит в себе "ложную фабулу" (события, о которых нам рассказывает рассказчик, один из персонажей), истинную фабулу (которая заметно превосходит ложную по хронологическому охвату; это события, которые на самом деле произошли в той реальности, где действует рассказчик) и исторический контекст (события, которые произошли в том мире, где находится сам читатель). Последний, исторический слой нужен для для дополнительного "сжатия" информации - реальный мир используется, как источник "подгружаемых текстур", что обеспечивает сверхвысокую информационную плотность текста

На самом деле, мета-сюжет был создан Стругацкими в качестве комментария к некой совершенно третьей ситуации.


Казалось бы, с историческим контекстом всё просто - это сюжет про СССР, и это все знают. Но я почему-то завис. Я пытался думать о том, когда в известной Стругацким истории СССР могла сложится ситуация, похожая на отношения между Рэбой, Ируканом и Орденом. И это был тупик.

Ключом для меня, как ни странно это прозвучит, оказалась моя концпеция пяти татиб. Да, это предельно ненаучный подход к изначально безумной концепции мениппеи, но что есть, то есть.

Я расставил персонажей по татибам, и это вдруг мне помогло.

---------------------------------------------
Красная татиба. Румата, Институт экспериментальной истории (ИЭИ). Румата "красный", по факту принадлежности к основной последовательности советской фантастики: первобытный коммунизм - эпоха угнетения (рабовладельческий строй/феодализм/ капитализм) - сакральный СССР (социализм в отдельно взятой стране) - планетарный коммунизм - галактический коммунизм - "после коммунизма". Ненавидит традиционное общество.

Синяя татиба. Ещё не осознала себя, но присутствует в тексте в образе книгочеев, в первую очередь, Будаха. (По факту - если бы книгочеи смогли отрефлексировать свои требования к миру, они говорили бы о свободе совести, а это, прежде всего, синяя татиба.) Будах - умнейший человек своего времени, он уже размышляет о природе общества, в котором живёт. "Мир не может меняться вечно, — возразил Будах, — ибо ничто не вечно, даже перемены… Мы не знаем законов совершенства, но совершенство рано или поздно достигается. Взгляните, например, как устроено наше общество. Как радует глаз эта четкая, геометрически правильная система! Внизу крестьяне и ремесленники, над ними дворянство, затем духовенство и, наконец, король. Как все продумано, какая устойчивость, какой гармонический порядок! Чему еще меняться в этом отточенном кристалле, вышедшем из рук небесного ювелира? Нет зданий прочнее пирамидальных, это вам скажет любой знающий архитектор. — Он поучающе поднял палец. — Зерно, высыпаемое из мешка, не ложится ровным слоем, но образует так называемую коническую пирамиду. Каждое зернышко цепляется за другое, стараясь не скатиться вниз. Так же и человечество. Если оно хочет быть неким целым, люди должны цепляться друг за друга, неизбежно образуя пирамиду". Румата решил, что Будах этим оправдывает существующее неравенство, но он просто не понял, о чём идёт речь (Будах намного умнее Руматы, из песни слова не выкинешь). Будучи мыслителем, Будах сначала формулирует природу феодализма, чтобы затем уже приступить к критике этого умопредставимого объекта с разных сторон. Если дать ему поразмышлять о слабостях и проблемах такого социума, он вполне может набросать принципы более разумного устройства общества, тем более, что у него под боком есть пример Соанской республики, ему есть, с чем сравнивать. Книжники ненавидят жестокость и тиранию, потому что она ограничивает свободу мысли.

Чёрная татиба. Вага Колесо, самый бизнесменистый бизнесмен из всех. Этого точно волнуют только цены на рынке и воля Невидимой Руки. Вага и его ребята ненавидели бы коммунистов, если бы знали, кто это такие. 

(Дон Кондор, в своей ипостаси представителя торговой республики и вице-президент Конференции двенадцати негоциантов, и прочая, и прочая, мог бы считаться частично "чёрным" ("бело-чёрным") персонажем, но он не действует в сюжете в этом качестве, и вообще практически не действует. А как коммунар он всё равно "красный".)

Белая татиба. Барон Пампа, старая аристократия, простой люд, и всё то, что в повести названо серостью. В массе своей ненавидят умников, которые много о себе думают, а также рыжих.

Жёлтая татиба. Арканарские репрессии, шпиономания и культ личности короля Пица Шестого - это уже жёлтая. Но в первую очередь, тут будет Орден и его представители - т.н. чёрные, фашисты. Конечно, вождизм монахам приписать сложно; с другой стороны, мы просто ничего не знаем о руководстве Ордена, а главные принципы "нового государства", реализованные в Области Святого Ордена - "слепая вера в непогрешимость законов, беспрекословное оным повиновение, а также неусыпное наблюдение каждого за всеми" - это "жёлтые" идеалы, даже не орденские, а ордынские. Ненавидят бардак, анархию и всяческое беззаконие.

(Арата - гармоничный "красно-жёлтый" персонаж: харизматичный вождь-полководец и борец за освобождение угнетённых в одном лице. Соответственно, ненавидит частный бизнес, Вагу, попов и баронов.)
---------------------------------------------

Дальше всё стало настолько элементарно, что хоть не пиши. 

Read more... )
gest: (gunter)
Рассказчик пытается нас обмануть. Именно это позволяет нам обнаружить нестыковки в его истории; нестыковки содержат ключ к его личности и мотивации.

Вот ещё одна нестыковка, связанная с линией Араты. Что мы знаем об Арате? Изначально никакого Араты не планировалось, Стругацких заставили вставить его в текст, потому что литературное начальство хотело видеть в повести представителя прогрессивных сил.

В книге "Неизвестные Стругацкие" даже приводится план, который составили для себя Стругацкие, начав работу над образом Араты:

"1. Румата возвращается к себе в кабинет и находит там Арату.
2. Арата в монашеском одеянии, приехал с Орденом.
3. Все «политруки» у них горбатые и увечные, поэтому Арату не заметили.
4. Как попал в дом? Так, как никто, кроме меня, не пройдет".


Это ключевые вопросы, на которые с самого начала делался акцент. Тут нет случайных моментов. Так это и вошло в повесть:

Цитаты )

Сложим вместе все факты. Арата находился в восточных областях метрополии, где организовывал очередное восстание. Где-то в том же районе войска Ордена грузились на корабли, готовясь плыть в Арканар, то есть речь идёт о территориях, непосредственно прилегающих к Области Святого Ордена. Арата присоединился к монахам и поплыл вместе с ними. На протяжении всего пути монахи ничего не заподозрили, потому что Арата выглядел, как типичный офицер Ордена. Ещё раз - речь идёт о фанатичной организации, спаянной железной дисциплиной, основанной на трёх принципах: "слепая вера в непогрешимость законов, беспрекословное оным повиновение, а также неусыпное наблюдение каждого за всеми". А Арата - это известный на всю империю мятежник, продавший душу дьяволу, который только что командовал крестьянским восстанием прямо под боком у Ордена, и который может похвастаться целым рядом уникальных примет. Одноглазый горбун с рабским клеймом на лбу и неснимаемым железным кольцом на правом запястье - сколько таких служило в Ордене?

Затем Арата приплывает в Арканар, ликвидирует Вагу Колесо и, всё ещё в качестве офицера Ордена, идёт в гости к Румате по захваченному монахами городу. "Неизвестным способом" проникает в дом человека, за которым тщательно следят по приказу дона Рэбы, и уходит оттуда через входную дверь. Как это выглядит?

- Добрый день, благородный дон Румата, - произнёс монах, откидывая капюшон. - Позвольте представиться: маршал Святого Ордена, полномочный представитель Великого Магистра, дон Арата Арканарский!


Если Стругацкие - это сверхгении, которые не делали ошибок (согласно теории мениппеи), то тогда напрашивается однозначная трактовка. Орден принимал Арату за своего, потому что Арата и был для них свой: калеки угодны богу. Рэба не единственный политический диверсант на службе Ордена. Использование масштабных пассионарных фигур, которые вовсе не те, кем кажутся, для создания управляемого хаоса - типичная стратегия Ордена. Работа на Орден даже логична, учитывая трудовую биографию Араты. Он ненавидит благородных и мечтает построить царство всеобщего равенства - а разве Орден не стремится к тому же самому? (Цитируя самого Арату, "я ненавижу попов, и мне очень горько, что их лживые сказки оказались правдой".) В этом смысле, атака Ордена против Арканара может трактоваться, как реализация ленинской концепции "слабого звена", старый порядок нужно ломать там, где он наименее крепок.

Всё вышесказанное означает, что Арата с самого начала был орденским агентом, который разрабатывал Румату, и разрабатывал крайне успешно. Готовящаяся казнь Араты была провокацией, на которую арканарский резидент купился с потрохами, даже вертолёт засветил. Всё то золото, которое Румата поставлял Арате, первым делом шло в орденские лаборатории, на анализ, а потом уже отправлялось в специальные фонды разведотдела Святого Ордена. Тут никакими ссылками на предвзятость рассказчика не обойдёшься - Румату развели, как последнего лоха. И даже слова Рэбы об очередном мятеже Араты Горбатого в восточных областях метрополии были нужны ровно для того, чтобы залегендировать возвращение Араты вместе с боевыми монахами, в качестве монаха. О чём Рэба уже знал, а Румата ещё нет.

Вряд ли Арата вернулся в Арканар исключительно ради организации убийства Ваги, это, всё-таки, слишком мелко для него. Скорее, он должен был ещё раз попробовать уговорить Румату отдать ему "молнии". А заодно его прислали в качестве куратора при Рэбе - в Ордене, надо полагать, не дураки сидели, им хватило бы ума не делать новоявленного наместника самым старшим орденским офицером в Арканаре.

Переслегина - и в фильме Германа - Арата в конце убирает Рэбу руками Руматы.)

Кто стоял за Рэбой? Орден. И, частично, земляне.
Кто стоял за Аратой? Земляне. А до этого? Орден.

Я думаю, вы уже поняли мою мысль. Румату предали все. И поэтому он больше ни с кем не разговаривал, даже когда его вернули на Землю. О чём ему с ними говорить?

(продолжение следует...)
gest: (Default)
Я хотел изобразить очередную одну альтернативную версию "Трудно быть богом", на сей раз в виде мениппеи.

В общем-то, я об этом уже писал:

Возьмём "Трудно быть богом". Если это мениппея по Баркову, то...

- Тест написан от имени скрытого рассказчика, который присутствует в тексте в качестве одного из персонажей. Но это не Румата, а то было бы слишком просто.
- Рассказчик, будучи человеком предвзятым, сильно исказил историю "настоящих" событий, произошедших в Арканаре, с целью максимально очернить Румату и выставить его некомпетентным идиотом и нытиком.
- На самом деле, мета-сюжет был создан Стругацкими в качестве комментария к некой совершенно третьей ситуации. А их авторское отношение выражено в гениальном образе скрытого рассказчика. Которого мы не видим, но чей психологический портрет мы должны составить по тем изменениям, которые он внёс во внутренний сюжет книги по отношению к "настоящим" событиям. Которые мы должны реконструировать.


Итак, Стругацкие сверхгении, которые не делали ошибок, и написали ровно тот текст, который они хотели создать.

Ложная фабула повести - предыстория "арканарской резни", те несколько дней, за время которых Румата умудрился продемонстрировать свою полную профессиональную непригодность.

Истинная фабула повести начинается по крайней мере за двадцать лет до этого, охватывает события в лесном интернате (пролог) и начало программы земных наблюдателей ("Самые опытные живут здесь уже двадцать два года. Они прилетели сюда всего-навсего как наблюдатели"), а заканчивается через много месяцев после событий "арканарской резни" (эпилог на Земле).

Историческая фабула, конкретные события, происходившие в том мире, где жили Стругацкие - ?

[Вот уже появились проблемы. Я много раз говорил, что мениппея - это не криптоисторическая трактовка сюжета. Но если я попробую так писать о "Трудно быть богом", у меня получится именно конспирология и криптоистория, потому что я не обладаю "многомерным мышлением" Баркова. Я всё равно будут трактовать мениппею, как детектив, где надо вычислить преступника.]

Кто такой "скрытый рассказчик" и как именно он нас обманывает? Очевидно, рассказчик хочет внушить нам, что он - Антон-Румата, потому что мы смотрим на происходящее глазами Руматы, и только Румату в тексте мы видим изнутри, со всеми его мыслями и эмоциями. Кто ещё мог знать, что о чём в тот момент думал Антон, кроме самого Антона? Но, во-первых, всё не так, как кажется. (Нулевое правило конспирологии гласит, что если мы считаем какие-то правила, принципы и закономерности действительно существующими, конспирология должна их отменять и выворачивать наизнанку. Мы должны создать сюжет, противоречащий нашим же собственным представлениям о том, как устроены вещи.) Если в "Евгении Онегине" поэт-рассказчик пытается нас убедить, что он - приятель Онегина, значит, он и есть Онегин. Если всё указывает на то, что "Трудно быть богом" - это история Руматы, значит, рассказчик не Румата. Во-вторых, на это есть прямое указание в тексте: "Понимаешь, Анка, ведь он ничего не рассказывает. Он вообще теперь говорит мало". Если Румата так ничего и не рассказал, значит, мы слушаем кого-то ещё.

Этот кто-то имел доступ к записям видеорегистратора, который Румата носил на лбу. Но камера снимала события, а не фиксировала мысли или мотивацию наблюдателя. Возможно, эти сцены были потом перемонтированы определённым образом, а рассказчик изложил свою версию событий, основываясь на этих записях. Обратите внимание, что вместо того, чтобы просто следовать фактам, рассказчик постарался залезть к Румате в голову и объяснить, почему он поступал именно так, а не иначе. Рассказчик прячется под маской лживого участия и сочувствия, но судя по всему, он испытывает к Румате застарелую неприязнь. Его история, если посмотреть на неё непредвзято, звучит примерно так: да, Румата был нервным закомплексованным дурачком с кучей проблем, который вообще не понимал, что происходит в доверенной ему стране, но не будем слишком строго его судить, он был один, ему было тяжело, он не обладал необходимой квалификацией для подобной работы, а в таких условиях мог бы сорваться и намного более умный и талантливый человек. Конечно, жаль, что в Арканаре в нужный момент не оказалось более умного и талантливого человека, но ничего не поделаешь, такие нам достались кадры. Понять и простить. Так вот, автор этой версии - лжец, лицемер и враг Антона.

Вы уже поняли, куда я клоню. Но зайдём с другого бока.

Read more... )

(продолжение следует...)
gest: (Default)
О, мениппея, безумная концепция безумного Баркова. Применение законов конспирологии к литературоведению.

Небольшая проблема в том, что эта тема ломает мозг. Впрочем, в прошлый раз я более-менее успешно попытался объяснить, что такое мениппея (+ коммент).

[Хех, ну вот взять текст [livejournal.com profile] arishai, на который я недавно написал свой комментарий. Это была попытка истолковать шесть серий классической "лукасовской" саги как мениппею, где скрытым рассказчиком по большей части выступал сам безумный Демон (ОбиВан), который остался без руки в ходе "Атаки клонов" и потому усеял свою историю россыпью отрубленных рук. Будучи слегка сумасшедшим, Демон пытался соединить две несовместимые темы: во-первых, что он - это Анакин, самый талантливый, лучший и любимый сын Императора и его законный наследник, преданный джедаями и собственным братом; во-вторых, что Анакин был маленькой капризной сволочью, по вине которой всё пошло не так, и что это он всех предал, в то время как ОбиВан всегда оставался рыцарем без страха и упрёка.

В итоге, идею [livejournal.com profile] arishai вообще мало кто понял.]

Ещё раз пробегусь по теории:

1. Классическая мениппея содержит в себе "ложную фабулу" (события, о которых нам рассказывает рассказчик, один из персонажей), истинную фабулу (которая заметно превосходит ложную по хронологическому охвату; это события, которые на самом деле произошли в той реальности, где действует рассказчик) и исторический контекст (события, которые произошли в том мире, где находится сам читатель). Последний, исторический слой нужен для для дополнительного "сжатия" информации - реальный мир используется, как источник "подгружаемых текстур", что обеспечивает сверхвысокую информационную плотность текста. На самом деле, структура мениппеи может быть ещё сложнее, за счёт дублирования, вложения и взаимного отражения вышеупомянутых структур.

2. Рассказчик не равен автору, рассказчик - это персонаж, искусно сконструированный автором. Существенная разница между позицией автора, то есть его планом на произведение в целом, и позицией рассказчика, выраженной в его собственной истории, задаёт объём метасюжета.

3. Рассказчик пытается нас обмануть. Именно это позволяет нам обнаружить нестыковки в его истории; нестыковки содержат ключ к его личности и мотивации; понимание личности рассказчика приводит нас к раскрытию замысла автора. Сам автор является абсолютным гением, поэтому в его сюжете нестыковок нет. Ошибки делает рассказчик, как искусственно созданная, несовершенная личность.

4. Рассказчик полный хозяин своего текста, но в реальном мире у него никакой силы нет; там полностью распоряжается автор, так как из них двоих только автор является настоящим человеком. Именно поэтому часть информации, имеющей отношение к сюжету, автор может транслировать за счёт внешних по отношению к тексту рассказчика артефактов, от предисловия и примечаний (форматирования, нумерации страниц, состава сборника) и вплоть до обстоятельств публикации, а то и прижизненных интервью. Всё, что окружает текст, может интерпретироваться как сознательный перфоманс автора, направленный на раскрытие дополнительных смыслов, заложенных в произведении.

В общем, Барков смотрел на литературное произведение так, как гностики смотрели на саму реальность. Он, мягко говоря, думал не так, как думают обычные люди.

Обычные люди (и профаны-литературоведы) воспринимают окружающий мир, как объективную реальность, а художественный текст - как описание подобной же реальности, пусть и другой, не нашей. Они могут допускать, что часть информации об этой реальности от них спрятали ("а на самом деле, Дамблдор заранее распланировал все действия Вольдеморта, просто Гарри об этом не знал!"), но не более того.

Для Баркова существовал гениальный автор (истинный Творец) и его несовершенное создание, рассказчик (сотворённый Демиург). Помимо прочего, гениальность автора проявляется в том, что он сумел создать личность, непохожую на себя. (Творец творит совершенную реальность и духов, подобных ему по природе, но он сотворил и Демиурга с его материей. В то время как ущербный Демиург может создавать только подобные себе вещи, такие же ущербные.) "Сюжет", который видят профаны - это история не автора, а рассказчика, придуманная последним с целью сокрыть от нас истинную природу событий. (Демиург создаёт ложную реальность, но пытается представить её в качестве единственно возможной "версии".) Способность выйти за рамки иллюзии приводит к постижению истины: читатель узнает что-то важное не только том мире, где происходило действие произведения, но и о той реальности, где живёт он сам. Именно это последнее осознание и является целью всего.
gest: (gunter)
А если следовать за концовкой пьесы, то будет ещё и расширенная режиссёрская версия, с эпилогом после титров.

Штаб-квартира Агенства. Стучат пишущие машинки. Шеф читает донесение, морщится. И посылает в Мексику нового агента, с такими же инструкциями и таким же чемоданом.


Вот как это выглядело в пьесе:

Кондор. Да, он знал. И мы знаем… Ну что ж, начнем все сначала. (Встает.) Павел Сергеевич!

Неизвестный в плаще тоже встает. Плащ распахивается, под ним — кольчуга и перевязь с мечом.

Неизвестный. Слушаю вас, Александр Васильевич.
Кондор. Итак, с этой минуты вы начинаете свое существование как барон Пампа дон Бау. Но прежде чем пожелать вам успеха и попрощаться с вами, вспомним заповедь, вырезанную на мраморе в актовом зале нашего Института.
«Пампа дон Бау». «Выполняя задание, вы будете при оружии для поднятия авторитета. Но пускать его в ход вам не разрешается ни при каких обстоятельствах…»
Кондор. Ни при каких обстоятельствах.

  ЗАНАВЕС.


(Потому что в самой пьесе барона Пампы нет, его роль поделена между Аратой и Будахом, вот Стругацкие и решили использовать его имя для нового агента Земли.)

Вот тут я просто застонал от счастья. Какая версия! Мне сразу представилась альтернативно-конспирологическая версия повести "Трудно быть богом", где настоящим арканарским резидентом Полдня всё это время был барон Пампа дон Бау-но-Суруга-но-Гатта-но-Арканара. И это его настоящее имя, просто в ранней молодости барону Пампе пришлось провести несколько лет на Земле, так сказать, по семейным обстоятельствам. Ему понравилось. Ему всё объяснили и всё показали, и он осознал, он уверовал. Он понял главное - его потомки когда-нибудь смогут жить в таком же раю, просто для этого придётся много работать, и его жизни на это не хватит. Но если путь так долог, то начать его лучше прямо сейчас.

"Пампа Суругович Бау", "Павел Сергеевич", вернулся в Арканар и, с минимальной внешней помощью, вернул себе то, что принадлежало ему по праву рождения. Он регулярно общался со своими кураторами, но только кураторы эти были никак не связаны с Институтом экспериментальной истории, а представляли совсем другое ведомство.

Вся эпопея с Руматой - это помесь из "Войны в зазеркалье" Ле Карре и "Высокого блондина в чёрном ботинке" с Пьером Ришаром. ИЭИ стал часто делать ошибки. Несколько раз наблюдатели Института наследили по крупному, по сути, выдав своё существование влиятельным местным силам, типа того же Ордена. Это означало, что агентурная сеть землян уже безнадёжно провалена. И вот некое конкурирующее ведомство задумывает изящную, но циничную провокацию. Небольшая и незаметная правка данных психологического профилирования приводит к тому, что в Арканар под личиной умершего Руматы Эсторского отправляют Антона, человека самоуверенного, неуравновешенного и фатально некомпетентного. С точки зрения ведомства, его посылают, чтобы он провалился, причём провалился с шумом и грохотом. Задача двоякая. Во-первых, нужно окончательно дискредитировать Институт в глазах Мирового Совета, чтобы "экспериментаторов" больше ни на шаг не подпускали к обитаемым планетам. Во-вторых, нужно создать у местной контрразведки ошибочное представление о характере, мотивах, поведении и особенностях работы "демонов". После этого местные будут искать новых "Румат", а таких больше не будет. Пампа же не вызовет никаких подозрений: он именно тот, за кого себя выдаёт, он живёт на своей земле, в своём фамильном замке, у него есть жена и дети, он не кидается бесконечными деньгами из нечеловеческого золота и не ввязывается в постоянные дуэли без жертв. Он, в конце концов, настоящий патриот Арканара - в той степени, в какой барон вообще может быть патриотом чего-то большего, чем его лен.

И именно поэтому Румате было так легко общаться с Пампой, хотя о настоящих причинах этого он, конечно же, не догадывался и догадаться не мог. Под маской тупого увальня благородных кровей скрывался человек, помнящий и любящий Землю. А Пампа не мог открыться Румате, но всё равно получал удовольствие от их совместных пьянок. Как говорил Мюллер Штирлицу, "имейте совесть, штандартенфюрер - не вы один тут скучаете по Родине".

Из-за этого всё чуть не сорвалось. После переворота Рэбы Пампа должен был уносить ноги и поднимать своих. Вместо этого он вернулся в город, чтобы попытаться спасти Румату. Барон присягнул на верность светлому завтру, а Румата был человеком из светлого завтра; Пампа просто не мог бросить землянина. Мы знаем, чем это кончилось - барон попал в лапы к Ордену и сгинул бы в застенках Весёлой Башни, если бы его случайно не спас проходивший мимо Румата, который в этот момент искал Будаха. Насмешка судьбы.

...Возможно, где там, в конце, где дирижабли и усыпляющий газ, но ещё до уютного санатория и сеансов психокоррекции, барон всё-таки не выдержит, сорвётся и прокричит в лицо Румате стандартное: "Dummkopf! Rotznase!" Всё-таки, у Пампы на Земле были хорошие учителя.

[Этот пост я обещал [livejournal.com profile] makarovslava очень давно, ещё в прошлой жизни. Тогда разные обстоятельства не дали мне сдержать это обещание. Но... Новый год :).]
gest: (Default)
(...)

И тогда я понял, что [livejournal.com profile] arishai удалось вскрыть и вытащить на поверхность один из базовых европейских мифов.

Противостояние гвельфов и гиббелинов. Иначе говоря, эльфов и гоблинов. (Википедия сообщает, что впервые эта шутка, с отожествлением гвельфов и эльфов, гиббелинов и гоблинов, прозвучала в 16 веке.) Гвельфы выступали за Папу Римского и против императора Священной Римской Империи. Гиббелины были за императора и против Папы. Это ведь та самая история! Гиббелины - те, кто выбрал сторону Императора Палпатина в его противостоянии с Первосвященником и Верховным магистром Ордена, Йодой. Гвельфы - те, кто сражался за Йоду и его идеалы против Палпатина.

[livejournal.com profile] aono как-то написал:

"Из личных наблюдений
Человек, попрекающий других жизнью в стране эльфов, всегда живет в стране гоблинов".


Для меня это тогда стало откровением. Мы гиббелиновская страна! По крайней мере, именно гиббелины сейчас у власти, они пока победили.

А ключ к финалу истории "Звёздных войн" по версии [livejournal.com profile] arishai - это современное восприятие сути и итогов средневекового итальянского конфликта:

"Итак, фигуры на доске геополитики расставлены — император, Папа, города. Нам кажется, что их тройственная вражда была следствием не только человеческой алчности.

Участие городов — вот что было принципиально новым в противостоянии Пап и германских императоров. Горожанин Италии почувствовал вакуум власти и не преминул им воспользоваться: одновременно с религиозной реформой началось движение за самоуправление, которому предстояло за два века полностью изменить соотношение сил не только в Италии, но и во всей Европе. Оно началось именно на Апеннинском полуострове, поскольку здесь городская цивилизация имела крепкие античные корни и богатые традиции торговли с опорой на собственные финансовые ресурсы. Старые римские центры, пострадавшие от рук варваров, успешно возрождались, в Италии горожан было намного больше, чем в других странах Запада...

Экономическая сила итальянских городов оказалась едва ли не решающей в борьбе Империи и Папства. Город вовсе не противопоставлял себя традиционному феодальному миру. Напротив, он не мыслил себя вне его. Еще до того, как коммуна, этот новый способ политического самоуправления, окончательно кристаллизовалась, городская элита поняла, что пользование свободами должно быть признано императором или Папой, лучше — и тем, и другим. Ими же эти свободы должны были охраняться. К середине XII века в понятии свободы сконцентрировались все ценности городской цивилизации Италии. Государь, который посягал на нее, превращался из защитника в поработителя и тирана. В результате горожане переходили на сторону его противника и продолжали непрекращающуюся войну.

(...)

Борьба, конфликтность, «партийность», если угодно, в самой природе человека, и Средневековье в этом очень похоже на нас. Пытаться искать в истории гвельфов и гибеллинов исключительно выражение борьбы классов, сословий или «прослоек», пожалуй, не стоит. Но при этом нельзя забывать, что от борьбы гвельфов и гибеллинов во многом происходят современные демократические традиции Запада.

Лавирование между двумя непримиримыми врагами — Папой и императором — не давало возможности ни одной из партий добиться окончательного военного и политического превосходства. В другом случае, если бы кто-то из противников оказался обладателем неограниченной власти, европейская демократия осталась только в учебниках истории. А так — получился своего рода уникальный силовой паритет, во многом и обеспечивший в дальнейшем резкий рывок западной цивилизации — на конкурентной основе".


Император, Первосвященник и Сенат. И выиграл в этой борьбе именно Сенат (как орган Союза Городов), потому что рыцари-монахи и императорская власть в ходе борьбы взаимно обескровили друг друга. И новый Орден, и новая Императрица, очевидно, уже не обладали тем могуществом, которое было у их предшественников. В каком-то смысле, демократия действительно победила, без всякого сарказма. Потому что за счёт возникновения трех независимых центров силы у этого общества появился потенциал развития, стимул для развития.

"С этой точки зрения (не буду уточнять детали - они много где уточнены) царская Россия, СССР и новая Россия - это несущественные вариации одной системы, где главные управляющие функции выполняет государство, власть. Эта система всегда падает на одном и том же месте. По закону Эшби о необходимом разнообразии государство не может управлять всем обществом - оно и сделано не для этого, и такое управление невозможно...

Каждый раз система дохнет в силу избыточного управления. Управление, которое устраивает такая власть, всегда недостаточно. Рано или поздно эта специализация, управляющая "из лучших побуждений", начинает порождать своими действиями хаос. Рано или поздно она сталкивается к нетривиальным воздействием. В силу специализации она может лишь одним и тем же образом реагировать на все, что случается - ужесточать контроль. Попадается воздействие, которое так с собой справиться не дает - и система рушится. Можно описать это не через внешние воздействия, а через внутренние - выделение жестко управляемой системы разрывает социум на ряд подсистем разной легальности, устойчивость системы в целом падает именно из-за раздробленности (некоординированности) работы подсистем, что вызывается на поздних стадиях специализации уже не "общим хаосом", а действиями самой управляющей системы...

Потому интересный вопрос - а где выход из ситуации? Я сформулирую его (разумеется, в чрезвычайно общей форме) на данном языке. Вся штука висит на повторении: в ситуации хаоса (кризиса) возникает один устойчивый блок, который и вытягивает страну из кризиса - а потом ее губит. В России это властный блок, основанный на силовых структурах. Изменить ситуацию (повысить вероятность иного исхода) может появление второго (не другого, тоже единственного, а второго) блока сходного уровня устойчивости. На самом деле таких блоков чем больше, тем лучше (в разумных пределах). Но важно не то, сколько, а что больше одного...

Нужна вторая сила (третья и прочие - это с жиру, нам пока хватило бы хоть еще одной). И штука не в том, чтобы второй блок порвал первый в тряпки и вокруг него - снова моноцентрично - организовалась страна. Дело как раз в существовании хотя бы двух центров силы... отчего возможны уже более сложные игры, невозможен тотальный контроль и начнется (может быть) благорастворение типа независимых ветвей власти и прочих понятных тихих житейских радостей с независимым судом... Ну, не буду травить душу порнографическими картинками".


Это именно то, что понял Йода на старости лет, когда Император обыграл его на шахматной доске империи. Раньше Йода боролся за усиление влияния Ордена, но после того поражения он начал новую игру, которая была сильнее и сложнее прежней. Он постарался на новом витке воспроизвести противоречия между орденской и императорской ветвями власти, разделив плоды победы между Люком и Леей. И он сделал ставку на города с их древними вольностями, и на Сенат, как на законодательный орган, в котором участвуют представители всех регионов Империи. А на кого ещё он мог сделать ставку, когда, оставаясь в тени, он координировал действия противников власти Императора? Но в конечном счёте, в этой войне победили простые люди, а не принцессы, не рыцари-монахи и не сенаторы.

Для носителей первой этической системы основой политической теории является представление о том, что в ситуации, когда невозможно гарантировать безупречное поведение всех элементов системы, жёсткую структуру нужно дробить на части... Хорошо, когда все дураки думают по-разному; если все дураки начнут думать одинаково, за них будет думать Антихрист. Если объединить все сомнительные элементы в единую жёсткую структуру, то рано или поздно - скорее рано, чем поздно, - эта структура будет заражена злом и начнёт производить зло. Если разбить структуру на несколько независимых центров или группировок, то одни элементы обратятся ко злу, другие - к добру. Между ними возникнет конфликт, но так добро сильнее зла, в этом конфликте победит добро. Пока хотя бы один элемент системы остаётся на стороне добра, он всё ещё может вызвать перезагрузку системы и вернуть её на сторону добра... Такая система рухнет, только если зло заразит все элементы одновременно, а это, в свою очередь, маловероятно.

Поэтому первую этическую систему обвиняют в том, что она ведёт к "атомизации" общества, то есть отбирает у людей жёсткие связи, вынуждающие их слепо подчиняться друг другу.

И потому идеалом общества, построенного на принципах первой этической системе, стали: разделение властей, с тремя независимыми ветвями власти; не меньше двух правящих партий; независимые СМИ. И да, рыночная экономика, куда же без неё.


Жёсткая система обречена на крах. Гибкая - устоит и будет развиваться. Те, кто в это поверил, были "эльфами". В конечном счёте, они с самого начала выступали на стороне Первосвященника, потому что он отказался подчинятся Императору. И пусть даже его мотивом было честолюбие, но особая позиция Ордена создавала в Империи альтернативный центр силы. Там, где есть альтернатива, там есть и пространство для манёвра. Если бы Йода победил, но при этом стал бы тираном сам или проложил бы дорогу для тирана-преемника, это обернулось бы для него полным духовным крахом. Но он проиграл, и это позволило ему заложить основу для победы "эльфийских" ценностей.

Основой политической теории для носителей второй этической системы является представление о том, что в ситуации, когда невозможно гарантировать безупречное поведение всех элементов системы, эту систему необходимо объединить в жёсткую структуру, исключающую свободу манёвра для отдельных элементов. "Дураков надо строить", дураков нужно приучить думать одинаково...

Политические идеалы тут соответствующие. Единая государственная власть. Единая общенародная Партия, она же власть. Государственные СМИ, выражающие позицию власти, партии и народа, потому что народ и партия едины, а власть у партии. Естественно, государственная экономика...

И весь этот общественный организм спаян всеобъемлющей политической доктриной, задающей единство взглядов на характер стоящих перед обществом задач, способов их решения и методов подготовки человеческого материала.

"Нас двести миллионов в стране, но мы все мечтаем об одном и том же, потому что мы едины. Наши мечты исходят из фактов и опираются на факты: когда каменщик строит здание, он уже знает, как это здание будет выглядеть".


Так считали "гоблины". И в это верил Император, когда он бросил вызов самим Небесам, чтобы привести к абсолютной власти мудрого, честного и благородного человека; такого человека, который был бы буквально создан для этой власти; своего собственного сына.
gest: (gunter)
(...)

И тут в дело вступает субъективный фактор. Во главе Ордена и во главе Империи оказываются два очень амбициозных человека.

"Думаю, до этого момента равновесие держалось на принципах джедаев – презрение к «мирской суете», бескорыстие и так далее. Как только главой ордена стал более честолюбивый человек, всё изменилось. А потом появился нынешний Император, который в честолюбии ему не уступал, и тоже начал «грести под себя». Так и завертелось".


Для Первосвященника ("Йоды") сам Император был всего лишь одним из членов Ордена с особым статусом. Орден контролирует армию, Император отвечает за управление государством, но, в конце концов, Орден превыше всего. Император ("Палпатин") считал, что раз он глава государства, то и Орден должен подчинятся ему, подобно всем остальным государственным органам, а существование независимых орденских структур недопустимо и противоречит интересам империи.

Речь шла об очень непростых людях. В определённых пределах, каждый из них обладал властью над самой судьбой. [Если мне будет дозволено сослаться на ненаписанный пост, они были магами истории.] И каждый из них управлял событиями по-своему.

"[Император] тактик, его операции безупречны, но он вынужден разбивать большую цель на маленькие подцели. Максимальный период его планирования – несколько лет... Очень хорошо понимая мотивы и поступки людей, бывает слишком самоуверен, а потому небрежен, что недопустимо для политика. Его ошибки, правда, весьма редки, но тем разрушительнее может стать действие единственной из них, попавшей на самое слабое место плана... выйдя «на финишную прямую», действует уже грубо, без былого изящества: он уверен, победа в его руках".

"Йода мыслит десятилетиями, если не столетиям, он из тех, кто может проиграть битву, но всегда выигрывает войну... Человеческие поступки для Йоды порой остаются загадкой – но только в том случае, если поступки эти импульсивны и необдуманны, непредсказуемы. В остальных случая он легко просчитывает действия нужных ему людей... плохо разбирается в людях, но, зная это, использует логику и стратегической мышление для компенсации своей слабости... Интуиция Йоды походила больше на предвиденье... И почему-то, мне кажется, в этот момент его посетило захватывающее дух видение, стройная цепь событий со сложными связями, система, в которой каждому нашлось место. Великий миг вдохновения...
Почти не сомневаюсь, что все играющие на «светлой» стороне, хоть и были свободны в реализации заданий, всегда подчинялись генеральной линии партии – тому, что говорил им Йода. Под его началом собрались тактики. Они стали отличной командой, они победили так или иначе, хотя никто из них не увидел эту победу. [В то же время] изящные и долговременные планы Йоды не могли быть быстро скорректированы".


При желании, на эти характеристики можно взглянуть через призму одного обнаруженного мной в сети текста:

"В мире создано несколько устоявшихся управленческих методологий (или если угодно, школ). Скажем, европейская континентальная школа использует линейный подход при выработке и постановке задач: поставленная цель достигается через ряд последовательных действий с заранее намеченными промежуточными результатами, достижение (или недостижение) которых позволяет корректировать ход выполнения задачи в процессе ее решения. Наиболее явно эта школа выражена в немецких подходах с их национальной и во многом параноидальной идеей тотального «орднунга»: любой план досконально расписывается, выбирается наиболее приемлемый, экономный и сбалансированный путь достижения результата. Во главу любого решения ставится его красота: то есть, предельная эффективность — минимизация затрат при достижении максимального эффекта.

У подобного подхода есть и оборотная сторона: в случае, если обстоятельства или противник делают достижение любого из промежуточных результатов невозможными, весь план решения разваливается — европейцам психологически проще остановить выполнение задачи и выработать новый план действий, чем тратить ресурсы выше определенного ими как неприемлемого уровня.

(...)

Я бы назвал британский метод управления методом «коридора». По сути, англичане ставили перед собой стратегическую цель, известную только им, и намечали некоторый «коридор», направление которого отвечало интересам поставленной цели. Создавались ограничительные «красные черты», выход ситуации за которые считался недопустимым, но «внутри» такого «коридора» ситуация могла развиваться как угодно — это не беспокоило колонизаторов.

«Ширина» такого коридора определялась во многом эмпирически и могла варьироваться.

Не сказать, что метод был совершенно и принципиально новым, но англичане сумели довести его до совершенства и создать свою собственную управленческую школу, которая уже не зависела от традиционного планирования и контроля за ходом выполнения задач через достижение промежуточных результатов. Англичане попросту перестали нуждаться в линейном планировании, перейдя на иной уровень: создания и контроля вероятностей... к объемному планированию, когда путь к достижению цели был максимально стохастичен: любое препятствие на пути к цели в таком случае перестает носить критический характер. Его можно обойти, перепрыгнуть, «нырнуть» под него — что угодно...

Если немцы предпочитают в процессе решения задачи держать под контролем всё до мельчайших подробностей, то англичане (американцы) контролируют лишь узловые процессы, позволяя всем остальным развиваться своим естественным чередом.

Такой подход требует виртуозного владения методиками, наличия разнообразных инструментов и умения творчески ими пользоваться, интуитивного мышления, способности расчетов в объемном пространстве решений — в общем, английская школа в этом отношении, безусловно, выглядит во всех отношениях передовой".


Read more... )

А чью сторону выбрали бы вы?

(продолжение следует...)
gest: (gunter)
Посвящается Оле, самой чудесной и лучшей Оле на свете, любимой, талантливой, которая меня всегда вдохновляла и вдохновляет.


Есть один текст, который я очень давно собирался написать; и я каждый раз отступал, осознавая масштабность этой затеи. Я вряд ли смогу выразить всё то, что хочу сказать, на том уровне, которогоя хотел бы достичь; а если нет, то зачем?

Я мечтал воздать дань той жемчужине, которую [livejournal.com profile] arishai когда-то сотворила под формат Живого Журнала - а именно, её тексту о "Звёздных войнах".

Это сложно. [livejournal.com profile] arishai вдохновлялась концепцией мениппеи Баркова, но для меня это не совсем мениппея. Она озаглавила свой текст "Фильм, который мне довелось увидеть вместо «Звёздных войн»", и я бы подчеркнул это вместо.

Для меня речь идёт о следующем. Со стороны Лукаса мы видим не более чем попытку интерпретации той смутной картины, которая когда-то промелькнула перед его внутренним взором. Один из вариантов расшифровки этого видения, например, звучал так: "Действие начинается в системе Утапау. На одной из ее пяти лун прячется один из последних выживших джедаев по имени Кейн Старкиллер. Некогда один из величайших воинов, после многочисленных битв и потери конечностей он фактически превратился в киборга — от старого тела у него осталась только голова и правая рука... На Аквиле тем временем царит разброд и шатание. Командующий обороной планеты генерал Люк Скайуокер (которому далеко за шестьдесят) хочет нанести превентивный удар по Империи. Король Кайос в принципе поддерживает своего военачальника, но коррумпированный сенат планеты активно противодействует этим планам, не желая войны". А может быть, эта история "рассказывала нам о Чуи Торпе, отцом которого был Хан Дардел Торп, главный пилот прославленного крейсера «Тарнак». В возрасте шестнадцати лет, Чуи поступил в межпланетную академию, где начал обучение на джедая-храмовника и стал учеником Мэйса Уинду — военного советника Председателя Альянса независимых систем. Но завистники и недоброжелатели испугались того, что Уинду станет могущественнее, чем лидер Галактической империи, и организовали против него заговор. Уинду пришлось уйти со своего поста, и Чуи решил последовать за своим учителем"? Или всё было не так? "Некогда процветающая Республика пала, раздираемая коррупцией и интригами промышленников. После трагического восстания джедаев-бенду, которые пытались спасти Республику, была образована Империя. Темные рыцари-ситхи, первым из которых стал павший джедай Дарклайтер, начали охоту на своих уцелевших бывших собратьев. Через некоторое время семьдесят систем под предводительством легендарного Старкиллера восстали и нанесли первое поражение Империи".

Эти первоначальные версии сценария так и остались на бумаге, но разве это делает их менее стоящими, менее "настоящими" в глазах мультивселенной? Не говоря уже о том, что когда Лукас снимал первую часть "Звёздных войн", он сам ещё толком не знал, о чём будет продолжение, и не подозревал, что Дарт Вейдер - это отец Люка, а заодно ещё и принцессы Леи.

Лукас угадал с оригинальной трилогией, тут спору нет. И не угадал с трилогией-приквелом. А про расширенную вселенную лучше вообще ничего не говорить, тем более, что она отправилась в мусорную корзину в тот самый день, когда корпорация "Дисней" выкупила у Лукаса права на его детище. Как я уже когда-то писал, Лукаса посетило вдохновение размером с "Сильмариллион", но на его реализацию в полном объёме таланта у него уже не хватило.

Итак, есть некий изначальный сюжет, но до нас дошли лишь его смутные отблески. Мне кажется, этот сюжет увидела и [livejournal.com profile] arishai во время того самого просмотра "Мести ситхов", как другой, неснятый Лукасом фильм, который она затем постаралась пересказать через призму существующих "Звёздных войн". А это значит, что я сам могу увидеть этот сюжет при помощи её текста. О чём я и хотел бы написать.

И это задаёт противоречие между сюжетом Лукаса, текстом [livejournal.com profile] arishai и моей интерпретацией этого текста. Лукас думает об одном, но, в итоге, снимает то, что получилось. [livejournal.com profile] arishai смотрит то, что получилось, и пишет текст о том, что пришло ей в голову во время просмотра. Я читаю её текст и вижу в голове картинки: вероятно, я думаю о чём-то совершенно третьем, но каким-то образом и этот сюжет связан со всеми предыдущими. Как это передать?

Представим себе, что речь идёт о книге, или о комиксе. Эту вещь создали другие люди, которые, тем не менее, вдохновлялись тем, что создал Лукас, и тем, чем вдохновлялся сам Лукас.

Представим себе, что это скорее фэнтези, чем космоопера, и действие происходит на одном единственном континенте ("Галактика"), значительную часть которого занимает могущественная древняя империя. Учитывая, что миры космооперы обычно невелики по размерам, они легко сюда поместятся. Развитые планеты будут городами, все остальные - климатическими зонами. Империя велика - в ней найдётся место и северной тундре Хота, и южным пустыням Татуина, и густым лесам Эндора-Кашиика, населённым волосатыми карликами-эвоками и волосатыми гигантами-вуки. В принципе, в Империи живут люди - даже вуки и эвоки могут считаться не более чем разновидностью людей (то есть, homo), а аналог Йоды будет всего-навсего миниатюрным старичком.

Представим себе, что общая атмосфера и фехтовальная традиция в в этом мире отсылают к европейским фильмам "плаща и шпаги", просто чтобы отделить наш мир от псевдояпонской стилистики изначальной трилогии и псевдокитайской стилистики приквелов. И потому что шпаги - это круто! Вся мистика остаётся на месте, и настоящий мастер шпаги по-прежнему может отбить клинком летящую в него мушкетную пулю. Фехтовальное искусство - это магия, как это и было изначально, и как это показано в сказке братьей Гримм "Три брата":

"Тогда говорит третий:
— Дозвольте и мне, батюшка, доказать свое мастерство.
А тут как раз начал идти дождь. Вытащил он свою шпагу и стал ею размахивать над головой так, что ни одна капля не могла на него упасть; а когда дождь пошел еще сильнее и перешел, наконец, в ливень и целые потоки уже лили с неба, стал он размахивать своей шпагой все быстрей и быстрей, и остался совершенно сухим, точно сидел он под крышей. Увидал это отец, диву дался и говорит:
— Ты показал самое большое мастерство, дом отдаю я тебе".


(Потому что никто не спорит с мастером-фехтовальщиком.)

Империя существует давно, так давно, что многим кажется, что она существовала всегда. Империей правит Император, а помогают ему в этом Сенат и Орден.

Read more... )

(продолжение следует...)
gest: (Default)
А у нас сегодня праздник!

Ведущему деятелю российской криптоколониальной администрации за верную службу Короне присвоен очередной масонский градус. Чтим, гордимся. Естественно, вслух об этом говорить нельзя, но картинку для профанов показали по всем каналам:



Sapienti sat, как говорится. "Медведев назвал Хазанова мастером", и все будут его теперь так называть.

От Ильича до Ильича - без инфаркта и паралича!





gest: (Default)
(Чтобы отвлечься, мне скучно писать на одну и ту же тему.)

"Трилогия Карлы" из цикла про английского разведчика Смайли известного писателя Джона Ле Карре ("Шпион, выйди вон", "Достопочтенный школяр", "Люди Смайли"), посвящённая противостоянию Смайли и Карлы, его неуловимого советского противника, может рассматриваться в рамках конспирологической концепции Галковского о криптоколониальном статусе СССР.

Карла - это "смотрящий", приставленный к советской разведке из метрополии. Это человек без имени (женское имя "Карла" - кодовое имя первой созданной им разведсети) и с чудовищной карнавальной биографией. Загибайте пальцы. Отец Карлы - царский жандарм, Карла - сын полка на красном бронепоезде в ходе борьбы дальневосточных красных партизан с японской интервенцией во время Гражданской войны. В тридцатые годы Карла работает в Испании, судя по всему, под началом Орлова. Параллельно он то ли учится, то ли работает в Англии, в одном из престижных английских университетов, где вербует студентов-коммунистов, нацеливая их на карьеру в британских спецслужбах. В годы Великой отечественной Карла работает с партизанским подпольем, и, одновременно, ведёт сложнейшую радиоигру, осуществляя операцию по стратегической дезинформации немецкой разведки. После войны он разворачивает шпионскую сеть в США, где его ловят американцы. (Карлу подвела техника - американцы перехватили и расшифровали радиопередачу, с тех пор Карла принципиально не доверял технике и радиосвязи.) Американцы выдают Карлу англичанам, и молодой Смайли предлагает Карле остаться в Англии, но Карла выбирает возвращение в сталинский СССР. Там его арестовывают, как вражеского шпиона, и отправляют в лагеря. После смерти Сталина Карлу реабилитируют, и он возглавляет советскую внешнюю разведку.

...В восьмидесятые годы старый Карла сначала вывозит свою дочь в Швейцарию, а затем и сам перебирается на Запад, перейдя границу между Восточным и Западным Берлином. С той стороны его встречает седой Смайли ("Люди Смайли"). Кстати, в многосерийной постановке Би-би-си Карлу играет Патрик Стюарт (капитан "Лысый" Пикард), а Смайли - Алек Гиннесс (Оби-ван Кеноби).

["Мёртвый сезон" по-английски, концовка телефильма.]

Короче, Ле Карре явно входил в число посвящённых (тм).

Так вот, "Шпион, выйди вон" (Tinker, Tailor, Soldier, Spy), в этом контексте - это история про то, как английский агент Карла, который курирует советскую разведку в интересах Лондона, пытается использовать ресурсы советской внешней разведки, чтобы играть в политические игры в метрополии. И пытается расчистить путь к руководству британской разведки для своего человека, которого он завербовал ещё в тридцатые годы, когда изображал советского шпиона в Англии. Но тут, конечно, товарищ Карла был неправ (Тень, знай своё место) и его поправили.

[livejournal.com profile] telserg мне на это сказал, что когда люди метрополии в колонии пытаются повлиять на политику метрополии за счёт подконтрольных им ресурсов колонии, это как раз хорошо. Это значит, что их интересы всё ещё связаны с Центром. Плохо, когда их личные интересы начинают совпадать с интересами колонии, а борьба за власть в метрополии становится им неинтересна. (См. историю американской борьбы за независимость.)
gest: (Default)
Ещё можно цитировать отрывки из своих нерождённых постов.

Отрывки, конечно, не более чем отрывки. Такое дело. Но всё-таки.

...Как создать армию солдат-рабов? Очень просто.

Надо взять идеал войска и развернуть его на 180 градусов.

Таким образом, в войске рабов будут царить следующие принципы:

1. Воевать не умением, а числом. Это войско заваливает противника трупами. Не потому, что рабы ничего не стоят, а потому, что не дело рабов задумываться о своей стоимости. О приемлемости потерь будет думать хозяин.

2. Как следствие из этого, это войско гордится своими потерями. Чем дороже победа, тем она слаще.

3. Приказы начальства являются абсолютной ценностью, и потому они обязаны беспрекословно исполнятся, без раздумий об их адекватности текущей обстановке. "Приказ есть приказ", а буква приказа важнее его духа. Никакие самостоятельные действия без приказа невозможны; все возможные действия заранее указаны в приказе.

4. В этом войске процветает культ тотальной секретности. Каждому полагается знать только то, что необходимо ему для выполнения своих непосредственных функций, и не более того. Истинные намерения начальства, безусловно, являются секретными. (Как противоположность суворовского "тайна есть только предлог больше вредный, нежели полезный", тут тайна - это бог.)

Естественно, как и в предыдущем случае, надо понимать, что перед нами идеал.
gest: (Default)
Вот, кстати, "мир Галковского". Я имею в виду конспирологическую концепцию, согласно которой все главные события в современном мире связаны с тайной борьбой между США и Англией, она же Британская Криптоимперия.

У меня с этой концепцией одна проблема - я не могу представить, как это работает.

С одной стороны, красиво. Асимметричная холодная война. В синем углу ринга - гегемон, США, традиционное государство, похожее на черепаху или на моллюска в шипастой раковине. Снаружи твёрдая оболочка, внутри аккуратно расположены жизненно важные органы. А в красном углу ринга - суб-гегемон Англия, на деле представляющая собой глобальный конгломерат криптоколоний с разным статусом и функциями, под управлением английской элиты. Англия Галковского подобна многомерному монстру, взаимодействующему с нашей браной. С нашей, "плоской" точки зрения, её органы разделены и разбросаны по миру - голый мозг на Британских островах, мускулы - в СССР, и так далее. Нервную систему, которая объединяет все эти органы в единое целое, мы не видим, она находится за пределами нашего восприятия.



СССР в послевоенный период - это английские штыки и английская ракетная база, державшая США под прицелом. Если бы США рыпнулись, советские роботы героически бы сложились, но забрали бы с собой американцев на тот свет, оставив Англию рулить радиоактивным пепелищем. В общем, если вы хотя бы раз сталкивались с этой байкой в оригинале или в пересказе, вы представляете себе, о чём речь.

[livejournal.com profile] arishai совершенно справедливо заметила, что подобная конспирологическая схема может существовать только в том случае, если американцы не знают, что англичане являются их настоящими врагами. Английские элиты разводят их точно так же, как и всех остальных - англичане создали для американцев идеального врага в лице СССР, и пугали их, как маленького ребёнка надетой на руку куклой, одновременно выступая в роли американских союзников и младших партнёров.

Но у Галковского, как я понимаю, речь идёт о том, что это более-менее равное противостояние, и американские элиты, занимающие положение мирового гегемона, знают, кто бросил им вызов. Но что тогда заставляет американцев играть по предложенным англичанами правилами, то есть изображать борьбу с СССР, когда СССР представляет из себя не более чем один из органов Империи? Что мешает американцам просто-напросто перекрыть кислород, идущий к мозгу своих главных врагов, если мозг этот существует отдельно от тела? Я не могу представить, при каких допущениях это работает. "Мы воюем с Англией, а бить, в случае чего, будем по СССР, потому что таковы правила". Даже со всеми допусками на сказочную действительность. Как это должно работать в рамках фантастики или фантазии?

Ghosttown

Jul. 5th, 2015 06:53 pm
gest: (Default)
Это прямо какая-то открытка из "мира Галковского". (Я имею в виду конспирологическую концепцию, согласно которой все главные события в современном мире связаны с тайной борьбой между США и Англией, она же Британская Криптоимперия).



Перед нами послание американских элит британским элитам, высказанное от имени известной англофилки Мадонны. Послание состоит из двух частей.

Часть первая. "Вот что будет, если мы доиграемся". Титр: "В следующем году". "Мы прерываем программу передач в связи с экстренным сообщением. Ядерные устройства только что взорвались в Нью-Йорке, Париже, Лондоне, Лос-Анджелесе..."

Часть вторая. "Ребята, давайте жить дружно". Посреди руин остались двое - "Королева" с тростью (клюшкой для гольфа) и в цилиндре, которая символизирует Англию, а в широком смысле - всю старушку-Европу; и "Президент", негр в растрёпанном смокинге и со здоровенной снайперской винтовкой, символизирующий, естественно, Америку. За ними испуганно наблюдает из укрытия мальчик-азиат, символизирующий Китай и Азию в целом. По ходу клипа герои отложат в сторону оружие, сойдутся в страстном танце, помирятся, возьмут под руки мальчика-азиата и вместе с ним отправятся к светлому постапокалиптическому будущему.

Текст песни соответствующий.

"Может быть, мы просто слишком многое на себя взяли? Всё ведь обречено развалиться, рано или поздно. (...) И когда всё рухнет... мы останемся вдвоём в вымершем городе. (...) Давай просто держаться друг за друга за друга, когда всё рухнет? (...) Скажи, как мы умудрились зайти так далеко? Каждый сам за себя, и всё катится к чертям. Но мы должны оставаться сильными, мы устоим".

Короче: братва, не стреляйте друг в друга, нам нечего делить, кроме своих барышей. Давайте заканчивать с этим глупым противостоянием, а то мы так весь мир в пепелище превратим.

Profile

gest: (Default)
gest

April 2017

S M T W T F S
       1
2 3 4 5 6 78
9 10 11 12 13 1415
16 17 181920 21 22
232425 26272829
30      

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 24th, 2017 11:01 pm
Powered by Dreamwidth Studios