gest | Мак Рейнольдс, "Воздушный бой 1973 года" (Reply)

Среди вещей, ставших общественным достоянием, я случайно увидел коротенький фантастический рассказик "Воздушный бой 1973 года". Он был написан в самом начале пятидесятых, по мотивам воздушных битв Корейской войны; писатель Мак Рейнольдс решил представить, как будут выглядеть бои с русскими асами через двадцать лет, целое поколение спустя. Я допускаю, что рассказ - стёб, скорее всего стёб :). Но всё равно он очень милый, и, надо сказать, мало чем отличается от серьёзных прогнозов того времени. Я решил по-быстрому перевести рассказ на русский, как сумел. Вот он:

Воздушный бой 1973 года

Мой радар засёк его, когда он был в пятистах милях к северо-северо-востоку от меня и на сорок пять миль выше (800 км и 72 км - Г.Н.). Я сразу переключил на него вычислитель скорости, так быстро, как только смог.

Вражеский самолёт шёл на шестнадцати, возможно, даже на шестнадцати с половиной (сотен миль в час; это примерно 2600 км/ч - Г.Н.). Судя по скорости, это был "Ивар", перехватчик - я решил рискнуть и быстро набил манёвр уклонения правой рукой, а левой в тот же момент вставил в вычислитель перфокарту "Ивар К-12", введя его предположительную скорость, высоту и расстояние. Данных пока было мало, но у него на меня было не больше, а то и меньше; я мысленно поздравил себя с быстрой идентификацией цели.

Теперь он был достаточно близко, чтобы появиться на экране моего видоискателя. По крайней мере, он был один, спасибо и на этом. Мой ближайший товарищ мог добраться до меня минуты за полторы, как минимум - ему с таким же успехом могло потребоваться лет сто.

Вот что всегда трудно объяснить гражданскому; фактор времени. Учтите, что мой рассказ займёт ещё какое-то время, а случившееся тогда заняло меньше шестидесяти секунд.

Он сразу угадал мой манёвр уклонения - либо угадал, либо у него стоял новый вычислитель, намного превосходящий всё, что выпускалось на нашей стороне. По тому, как он ушёл в сверхзвуковую "бочку", я понял, что он раскусил меня.

Я быстро пробил в перфокарте новый узор на основе того немногого, что выдал мой вычислитель. По крайней мере, я засёк его поворот. Я набил эти данные, быстро вставил перфоркату в Ай-Би-Эм, предположил, что дальше он скорее всего попробует проход, решил рискнуть и набил и это тоже.

Я ошибся. Он не использовал возможность зайти мне в лоб. Либо он был зелёным новичком, только-только окончившим лётное училище, либо он был до противного уверен в себе. Я сжал губы, отменил перфокарту встречного прохода и набил вместо неё ещё две.

В наушниках раздался голос оператора с базы: "Джерри, да это же сам Дмитрий, на одном из их новых К-12А! Мочи гада!"

Мне захотелось огрызнуться. Он знал, что нельзя отвлекать меня в такие моменты. Я уже открыл рот, но тут же осёкся. Он сказал К-12А? Он сказал К-12А?

Я уставился в экран видоискателя. Высокий хвост, фонарь кабины, на крыльях баки странной формы...

Я промахнулся с идентификацией цели!

Я врубил очередной манёвр уклонения, стандартный набор, я не успевал набить новую программу. Но он вцепился в меня, как оса. Я обнулил данные, загрузил другую программу. Отмена. Ещё одну!

Занимаясь этим, я одновременно врезал по кнопке сброса на своём вычислителе, извлёк все перфоркарты и мгновенно ввёл данные на "Ивар К-12А" вместе со всеми теми рассчётами, которые я успел сделать, пока мой мозг был занят попытками увернуться.

Мои руки всё ещё двигались, мои пальцы бегали по клавишам, мои ноги жали на педали. Но в душе я уже смирился.

Он добился такого преимущества, что меня хватало только на то, чтобы удерживать его в видоискателе. Он был то справа, то слева от меня. На целую четверть секунды я поймал его в перекрестье прицела, но автоматическая система ведения огня не успевала навестись - совсем не успевала.

Его собственные пушки полыхнули алым.

Я вдавил полдюжины кнопок, опустил рычаги, постарался дотянуть до базы.

Два жёлтых огонька зажглись слева от кабины и в тот же момент экран моего видоискателя погас. Я ослеп.

Беспомощный, я откинулся в кресле.

Индикатор скорости задрожал и медленно стал опускаться к нулю. Высотомер сдох. Индикатор топлива туда же. Наконец, накрылась дюжина или около того тревожных датчиков, разбросанных по всему самолёту. Боевая машина стоимостью в пятнадцать миллионов долларов превратилась в груду обломков.

Я просидел там минуту, долгую минуту, осознавая это.

Потом я поднялся на ноги и медленно открыл дверь своей кабины. Там уже стоял сержант Уотерс и остальные техники. По-моему лицу они сразу поняли, что случилось.

Сержант начал говорить: "Капитан, я..."

"Всё в порядке, сержант", - проворчал я, - "Машина была в норме". Я повернулся в сторону командного пункта.

Билл Диксон подскочил со стороны своей кабины: "Говорят, у тебя вышла стычка с самим Дмитрием".

"Не знаю", - ответил я, - "Я не знаю, он это был, или кто другой. Если кто-то из вас и умеет узнавать его по манере управления, то я - нет".

Он ухмыльнулся: "Он сбил тебя, а?"

Я промолчал.

"Так что случилось?"

"Я думал это был "Ивар К-12", и вставил в вычислитель его перфокарту. Оказалось, это был один из этих новых К-12А. Ясное дело, этого хватило".

Билл снова ухмыльнулся: "Это второй за неделю. Тебя достали с земли около того моста, и теперь вот..."

"Заткнись", сказал я.

Он демонстративно стал загибать пальцы: "Если я не ошибаюсь, стоит тебе угробить ещё один самолёт, и можешь считать себя вражеским асом!"

Его было не остановить. "Пошёл к чёрту", - сказал я, - "Кончай уже. У меня и без твоих подколок проблем полно. Мне придётся провести на командном пункте ещё полчаса, на разборе полёта. Значит, я опять опоздаю на ужин. А ты знаешь Молли".

Билл посерьёзнел. "Да. Хм. Извини", - сказал он, - "Война - это ад".